Виктор Глухов

— Совершенно верно, тан Шарду. Одержимые очень опасны. Поэтому вам не надо его ловить или пытаться убить. Разошлите посыльных и узнайте, не пропадали ли в последнее время дворяне в вашем округе, в том числе дети. Ищите убитых по дорогам и селениям. Одержимый не может не убивать. Ему нужны силы для выживания в нашем мире. Когда найдете, сообщите нашему брату Вершану, которого я оставлю на постоялом дворе. Всю информацию, которую сможете собрать, передайте ему.

— Не беспокойтесь, мессир. Я сделаю все, что в моих силах.

— Тогда разрешите покинуть вас, барон. Мне срочно надо в столицу.

Мессир Ремм слегка поклонился и вышел.

Префект никогда не отказывал просьбам одного из самых влиятельных членов ордена Искореняющих. Именно мессир Ремм помог Шарду занять место префекта.

— Ковач! — позвал хозяин замка начальника стражи.

— Быстро найти Зака и Шрама. Обоих ко мне! — приказал барон.

— Да что же это такое? Дар, малыш, очнись, не пугай старика. Дар, Дар, открой глаза, — это первое, что я услышал, вынырнув из объятий Морфея.

Чувствовал я себя прекрасно, и жизнь переполняла мое молодое сильное тело.

«Что, забеспокоился, старый, — злорадно подумал я. — Щас добавлю, чтобы жизнь медом не казалась».

Старый жук мог раскусить меня на раз-два. Это я хорошо понимал. С его-то опытом. Мне нужен был нестандартный ход. И я его нашел. Надо, чтобы Овор мучился осознанием своей вины. Тогда он поменьше будет обращать внимания на мои странности.

Открыв глаза, я посмотрел на небритую, опухшую физиономию дядьки.

— Плохо выглядишь, Овор. — Обежав глазами морщины на его лице, продолжил: — Ты давай завязывай с выпивкой, она тебя до добра не доведет. Какой пример ты подаешь молодым?!

— Какой? — оторопело спросил Овор, удивленно хлопая глазами.

— Плохой, — строго продолжил я свою нотацию. — Что скажут люди, глядя на тебя?

Дядька обалдело пялился мне в лицо, не в силах вымолвить хоть одно слово.

— Что нехейцы — пьяницы и неряхи, — продолжал я стыдить старика.

Дядька виновато понюхал рукав и с сомнением сказал:

— Да вроде не сильно пахнет.

— Конечно, свое дерьмо не воняет, — обличил я его.

Овор нервно дернулся, пощупав штаны сзади, и с облегчением выдохнул.

— Да-а? — протянул я неверяще. — Странно. А запашок тот еще. Давай. Приводи себя в порядок! Мойся, брейся! — приказал ему. — И пойдем обедать.