Виктор Глухов

 — Увидус рассказал нам, что он нехеец. Этот парень был в своем праве. Он хотел только, чтобы мы отнеслись к нему с уважением. А мы не поняли и отнеслись к нему как к мальчишке. Несерьезно.

— Кронг, что ты говоришь? Он и есть мальчишка…

— Машей! Ты и в самом деле такой тупой? — без злобы спросил Кронг.

— Чего сразу тупой? — обиделся Машей.

— А того, брат, что парень выполнил работу на уровне магистра. И это он нам втолковывал все время, а мы не поняли. Пытались просто использовать его как неразумного дитятю. Он не нарушил ни одного своего слова и все сделал, как обещал, и не его вина, что нам попался следящий амулет древних.

Машей засопел, но промолчал, понимая правоту более опытного Кронга.

— И мы будем с ним сотрудничать дальше, со всем нашим большим к нему уважением, — веско закончил Кронг.

— А вот и его дядя, — как-то весело сказал Увидус, посмотрев за спину поисковиков.

Оба разом обернулись и увидели спускающегося крепкого мужчину.

— И этот на нехейца не похож, — с опаской произнес Машей.

— Добрый день, рены! — поздоровался Овор. — Друг Увидус, у тебя есть чем полечиться после вчерашнего? — заорал он, увидев хозяина трактира.

— Конечно есть, друг Овор! — заорал ему в ответ Увидус.

Я покинул незадачливую троицу и подмигнул Лане, проходя мимо нее. А она прыснула, быстро отвернулась и убежала на кухню.

Путь мой лежал в салон мадам Версан. Я хотел переодеться, чтобы не привлекать к себе внимания своеобразной одеждой нехейцев, простой и грубой.

Салон занимал первый этаж уютного домика в два этажа. При открывании двери раздался звон колокольчика, и мне навстречу вышел маленький пухлый человек с большой лысиной. Глянув на меня, он пренебрежительно поморщился. Как клиент я его не заинтересовал, и он презрительно спросил:

— Вам что-то угодно?

Вот он меня разозлил. Не люблю таких людей: природные лакеи, пытаются возвыситься в собственных глазах, презирая и унижая тех, кто им не может ответить тем же хамством.

«Сейчас ты у меня получишь, лакейская морда», — злорадно подумал я.

Я сделал радостное выражение лица и, улыбаясь во весь рот, сложил руки у груди и восторженно произнес:

— Мадам Версан, как я рад вас видеть. Вы замечательно выглядите.

Лысый впал в ступор от такого неожиданного оборота и хлопал глазами. Он не знал, что делать. А я ему не мешал, стоял и ждал развязки.

— Вы ошиблись, я не мадам Версан, — наконец пришел он в себя.