И Михаил Васильевич, распрощавшись с писателем и его супругой, отправился к кортежу. Требовалось ехать в наркомат. Дела не ждали. А там уже должны были уже сидеть Федоров со компанией, которых он специально вызвал. Мариновать их в гостинице больше смысла не было…
Насколько ему удалось узнать – договориться о закупке оснастки на хоть какой-то подходящий патрон не удалось. Пока. Однако никаких прогнозов по этому вопросу не имелось. Фрунзе, конечно, опираясь на свои знания из будущего мог предположить, что в 1929–1931 годах можно будет купить если не все, то почти все.
Но не сейчас.
Пока не время."
"А ждать столько лет – не вариант. Потому что война не за горами. Пусть и небольшая. Тут и конфликт на КВЖД в 1929 году, и военная угроза 1927 года, то есть, вероятная война с Польшей. Да и вызовы в Средней Азии никуда не девались, равно как и на Дальнем Востоке. Ведь там, по сути, в 1926 году еще не угасла Гражданская война – орудовали банды самого разного толка, координируемые из Харбина. При поддержке националистов Китая, Англии и Японии.
Особенно Англии. Куда уж без нее?
Так что нужно было запускать свое производство. И чем быстрее, тем лучше. В связи с чем требовалось решить несколько фундаментальных вопросов.
Первым делом требовалась оснастка.
В Союзе 1926 года в относительно доступном количестве имелась она только для патронов Нагана и трехлинейки. Для десятков иных систем – либо в крайне ограниченном количестве, либо при том еще и изношенная.
Но рассчитать и изготовить ее требовало особого ума.
И в годы Первой Мировой этого добра наделали в нужном объеме под весь тот зоопарк вооружений. Причем не сильно вспотев. Даже тех знаний, которые имелись в Империи тех лет вполне хватало для этих целей. Он же, привнеся кое-какие компетенции из будущего, мог это все кардинально ускорить и упростить. Да, конечно, было бы классно закупить всю линию целиком и не тратить на это время. Но пока не срасталось. И выбора, по сути, не оставалось.
В теории можно было бы оставить патрон трехлинейки – тот самый 7,62х54R.
И голоса в его защиту раздавались, пусть и не очень громко да часто. Но Фрунзе прекрасно знал, какие проблемы этот патрон принесет в дальнейшем. Как в самозарядном, так и в автоматическом оружии. Поэтому был твердо намерен от него избавиться. Тем более, что и его почти не производилось.
В оригинальной истории летом 1927 года Тухачевский в своем докладе констатирует – армия обеспечена патронами на 8 %.
