Разве было ложью то, что они поднимут восстание? Нет.
Разве было ложью то, что рабочие сейчас получают меньше, чем при царе? Нет.
И так далее.
Все приведенные факты были правдой. Горькой и крайне неприятной правдой. Просто сведенной воедино. И Иосиф Виссарионович очень ярко себе представил новое восстание, направленное уже на свержения большевиков с союзниками. Кто его мог организовать? Да те же эсеры. Недовольных среди них хватало. Многие из них стремились к куда более масштабным и решительным преобразованиям.
И раздражались от того, что им затыкают рот партийным централизмом.
Вон какие хищные черты стали у Зиновьева…
От этого вида Григория Сталин скривился как от червивого ореха. От этого мерзавца можно было ожидать чего угодно. Вплоть до перехода на сторону восставших с тем, чтобы их возглавить. Да и Троцкий вон как оживился. Уж этому только дай волю возглавить какую-нибудь борьбу за все хорошее, против всего плохого.
Сталин раздражен, раздосадован, разочарован и… испуган.
Потому что Фрунзе, выступив следом за Дзержинским, сумел нарисовать все в достаточной степени мрачно. Тем более, что Михаил Васильевич практически и не соврал. В оригинальной истории все просто прошло по легкому, удачному сценарию. Тут и соседи не стали вмешиваться, и бунты оказались не такие масштабные, и партийная оппозиция ими не воспользовалась. Но кто сказал, что этого не могло случиться? Классическая точка бифуркации, всецело зависящая от воли личности и случая.
– Раз мы пока не можем перейти к социалистическому хозяйству, нам нужно вести капиталистическое.
В рамках госкапитализма. И делать это – ответственно, а не пытаясь зарезать бедного мула быстрее, чем мы на нем доедем до светлого будущего…
У НЭПа было четыре главные проблемы, из-за которых он буксовал. Это саботаж на самом верху, недостаток инвестиций, катастрофа с квалифицированными кадрами и дефицит сырья, в первую очередь сельскохозяйственного.
Из-за саботажа предприятия, как местные частные, так и концессионные всячески третировались и ограничивались по доступу к базовым инфраструктурным ресурсам.
В первую очередь, конечно, транспорту и энергии. Да и к сырью в какой-то мере. Плюс совершенно невменяемое поведение ОГПУ и партийных органов, которое наседало на собственно промышленную, публичную часть нэпманов.
Здесь Фрунзе предложил ввести контроль наркомата за предприятиями выпускающими военную продукцию. Как собственными, так и концессионными.
