— Мам, я поем — и спать, устала ужасно.
— Да, хорошо, что дверь там такая. Садись, доча, и ты, Геннадий, придвигайся ближе к столу, будем ужинать.
Она расставила тарелки, достала из холодильника миску с салатом, поставила на стол форму, наполненную ароматным мясом, запеченным в каком-то фирменном соусе, и большой кувшин свежеотжатого сока.
— Мясо берите, салат очень легкий, а сок из апельсинов, яблок и киви. Ужинайте, дети, а мне надо позвонить.
Диана Викторовна выплыла из кухни и направилась в свою спальню.
Рассказ Геннадия очень обеспокоил ее, и зародившиеся подозрения заставили ее обратиться к человеку, который, она знала, и без нее очень занят, но по-другому она не умела.
— Здравствуй, Андрей Михайлович.
— Дина, солнышко, рад слышать.
Конечно, не надо было звонить — ведь знала же, что он будет рад и что это снова даст ему какую-то надежду, но если дети в опасности… Ну и что, что это уже практически взрослые дети и даже не все ее собственные, какая разница?
— Ты меня просто послушай, Андрей, — может, я фантазирую, но все это кажется мне странным донельзя.
Она обстоятельно рассказывает то, чему была свидетелем сама и что узнала от дочери и Генки. То, что они не поняли, а ее опытный и цепкий ум ухватил сразу.
— Очень это странно, Андрюша, — Диана Викторовна взволнованно ходит по комнате, прижимая сотовый к уху. — Грипп, да еще такой тяжелый, — при том, что Наташа уверена, этого штамма в городе не было, другая клиническая картина. Я своей дочери полностью доверяю, она профессионал.
Так откуда там взялся другой штамм, только там и больше нигде в городе? Только в одном отдельно взятом доме? Наташа говорит, что дети там, скорее всего, тоже все больны — на момент осмотра они все уже покашливали. И за сутки — столько убийств. Что-то здесь ненормальное, Андрей, вот как хочешь, но что-то в этом есть подозрительное.
— Согласен. — На другом конце провода Диана Викторовна услышала вздох. — Я этим делом займусь прямо сейчас — хорошо, что еще в кабинете сижу, спешить-то мне некуда.
Как, ты говоришь, фамилия того, кто там командовал сегодня?
— По-моему, Реутов.
— Ага, Реутов. Знаю такого, сейчас позвоню ему. Спасибо, Дина. Я с тобой согласен: в этой истории есть нечто очень странное. Как выясню, перезвоню, хорошо?
— Конечно, Андрюша, буду ждать. А то приезжай ужинать, у меня запеченное мясо и салат.
— Поздно уже. Давай я тебя завтра наберу, и встретимся.
— С удовольствием."
"Диана Викторовна отложила трубку и задумалась.
