Вирус тьмы, или Посланник

 — Почему вы не ушли сами?

— Потому что мы друзей в беде не бросаем, — вежливо ответил Такэда. — Удачи, Наблюдатель. Может, еще свидимся?

— Вряд ли. — Машив добавил несколько слов по-тадзанийски. Сухов улыбнулся, но не перевел. Протянул руку.

— Уходите, пока вильеры не устроили облаву.

— Я дома, чего мне бояться. Вы заметили того чужака в сером? Он знал о вас все. Но это не бханг… вы называете их эсэсами… он не из «свиты».

— Он двойной, в него вселили кого-то из тех, кто охотится за нами.

Вполне вероятно, что когда-нибудь я встречусь с ним лицом к лицу.

— Побереги вас Бог! Может быть, вы и уцелеете, начинаю верить в это. Воспользуйтесь вашим перстнем-индикатором, он выведет в любой хрон, в том числе и в такой, где вас долгое время никто не потревожит. Существует закон: успех дела — это хорошо поставленная информация и хороший исполнитель. Вам не хватает информации.

— Но у вас в руках, вернее, на плече — ценнейший кладезь информации, заставьте его говорить.

— Я попытаюсь… — Никита споткнулся, твердо взглянул в глаза Наблюдателя, в которых недоверие боролось с надеждой. — Я заставлю ее говорить!

Думал Сухов в это время о Ксении.

Машив хлопнул его по спине, потом Такэду, поднял руки в прощальном жесте и сгинул в темноте коридора. Двое смотрели во тьму, пока не смолкло эхо шагов, потом ступили в сиреневый полумрак, и дверь станции хроносдвига закрылась за ними.

Ложное чувство легкости, с которой они ушли из мира Машива, сыграло с ними скверную шутку, усыпив даже врожденную осторожность Такэды.

Правда, времени на анализ событий у них не было, но Толя должен был задуматься — почему им так везет. Однако и он поддался настроению Никиты, опьяненного победой и собственной смелостью, когда тот предложил «поиграть пластинками Веера», то есть посмотреть Миры Веера, пощупать их руками, — хотя бы те, где их не ждала засада «свиты Сатаны».

Таким образом, они, пользуясь наведением перстня-эрцхаора, ступили на зыбкую почву хроноскважины, соединяющей миры с разным ходом времен и разными физическими законами, не зная, что любое перемещение по «струне» хроноскважины встряхивает всю паутину «струн» и что наблюдатели из обоих лагерей — Хаоса и Закона — уже получили сигнал: кто-то грубо, не соблюдая никаких правил маскировки и демпфирования колебаний «лестницы» Шаданакара, открыл Путь.