– Графиня, я тебя тоже рад видеть! – обворожительно улыбается Пармонов.
– Пошел вон! Меня от тебя тошнит!
– Тошнит?! Интересно! Может надо к врачу? Вдруг в тебе живет маленький парамончик, – нагло подмигивает незваный гость.
– ИдьЁт! Выйди вон из моей квартиры. Я тебя не приглашала в гости. Тебе здесь не рады, – расхожусь не на шутку. – И запомни… Во мне не могут жить твои парамончики. Я, вообще, не могу иметь детей…
Озвучивая свою боль, чувствую, что меня трясёт: то ли от злости, то ли от возбуждения, – понять не могу, решаю просто от адреналина.
Думая, буквально на секунду теряю бдительность и не успеваю заметить, как оказываюсь в загребущих ручищах Пармонова.
- Тш-ш-ш, тише, Вишенка! Все хорошо! Твой запах сводит меня с ума. Рядом с тобой я все время словно под кайфом, – шепчет Парамон голосом змея искусителя.
Слушая его замираю на какие-то мгновения и даже расслабляюсь."
"– Я, вообще-то, пришел поговорить. Но… Предупреждаю, мой младший живёт своей жизнью. Он уже волнуется и поднимает голову.
Потому лучше не создавай лишние движения. Если сейчас парень устроит восстание, то нам обоим будет очень жарко. Выебу во все дыхательно-пихательные, – цокает Павел Какульевич.
Пока Парамон говорит, успеваю пройти стадии ""отрицание"", ""гнев"", ""торг"", и уже дохожу до ""депрессии""...
Как слышу эти чертовы слова про дыхательно-пихательные.
От них меня дергает, словно от разряда тока.
И я из поплывшей на солнце медузки в мгновение превращаюсь в разъяренную Горгону.
- Сукин сын! Гребанный засранец.
Подлец! Наглый и самоуверенный тип. Отпусти меня немедленно! Пусти, тебе говорю! - зло шиплю, как змея в цепких пальцах змеелова.
- Вишня, ты так смешно ругаешься, дрыгаешься, пыхтишь и шипишь, словно кошка, - шепчет мне в шею Павел. - С тобой чувствую себя живым и даже счастливым. Покричи ещё для меня…
От его действий и слов меня теперь прошибает не только дрожь, но и пот.
Я своей пятой точкой чувствую его жёсткую эрекцию.
Хочу сопротивляться и не могу!
Потому как низ моего живота тут же отзывает жаром и между ног становится мокро.
Грудь быстро поднимается и стремительно падает от сбивчивого и тяжелого дыхания. В голове сплошной туман и шум.
И еще странное ощущение, что прямо сейчас я потеряю сознание.
- Вишенка, ты дрожишь и покрылась испариной! Сладкая, да, ты на пике возбуждения! Давай помогу тебе?!
На этих словах Парамоша немного ослабляет хватку.
Мне хватает секунды, чтобы вывернуться и выстрелить, как пружина.
