Через полчаса нахождения здесь Дорошин уже практически не чувствовал ног, в тысячный раз пожалев и об оставленных дома дядькиных валенках и о не прихваченном тулупе.
Елена тоже замерзла, причем ее холод, казалось, шел изнутри. Она застыла, прислонившись спиной к холодной печи, той самой, с изразцами, ради которых и было затеяно их безумное путешествие, и не шелохнулась ни разу, пока Дорошин звонил в убойный отдел, вызывая оперативную бригаду.
Безучастно глядя, как он затаскивает в дом озябшую на морозе Габи, которая перестала выть, но упиралась и не желала входить в помещение, где лежал покойник, Елена мерно и медленно раскачивалась из стороны в сторону, стараясь лишь не поворачивать головы в сторону трупа.
В конце концов Дорошин затащил собаку в дом на руках, прошел в отделенную от кухни небольшой аркой гостиную, усадил на диван, пристегнул поводком к батарее и накрыл теплым клетчатым пледом.
– Сиди тут, – строго сказал он собаке. – Не могу я тебя на улице оставить, замерзнешь.
Вот тут Елена и предложила растопить печь, а он запретил и объяснил почему, после чего она снова погрузилась в прострацию, обхватив себя за плечи."
"– Лена. – Она даже головы не повернула, и Дорошин, аккуратно по дуге обогнув Газаева, чтобы не наследить, подошел к ней, силой оторвал от печи, увел в гостиную, к Габи, которая, задрав голову, вопросительно смотрела на них. – Лена, послушай меня. Мне нужно, чтобы до того, как приедут ребята, ты ответила на ряд моих вопросов.
Ты меня слышишь, Лена?
Он впервые называл ее просто по имени, без отчества, да еще и на «ты», но она не отреагировала ни на новое обращение, свидетельствующее о том, что их отношения явно перешли на какой-то новый для обоих этап, ни на собственно заданный ей вопрос.
– Лена. – Он тряхнул ее за плечи хорошенько, так, что голова мотнулась, словно у тряпичной куклы и звонко клацнули зубы. – Я понимаю, что ты в шоке, но дальше будет только хуже, поэтому возьми себя в руки и поговори со мной.
Хорошо?
– Хорошо, – покорно сказала она и перевела на него взгляд, который прояснялся, становясь осмысленным. – Виктор, что он тут делает? Как Ильдар мог оказаться в нашем с дедом доме?
– Давай будем разбираться с этим вместе. Итак, вопрос первый. Ты когда-нибудь приглашала Газаева в этот дом? Он бывал тут раньше?
– Нет. – Она посмотрела удивленно.
