Мотор работал через не могу, педали нажимались через не могу, коробка передач сопротивлялась, как девственница на первом свидании. Воздух разлетался на звенящие осколки. Казалось, что дыхание застывает в нем, превращается в стеклянные шарики и с грохотом осыпается под ноги. Часть шариков засыпалась в разрывающиеся легкие, заставляла жадно хватать ртом новую порцию обжигающего холода. Из взявшего целый город в плен мороза нужно было вырваться, отъехать на безопасное расстояние, поближе к Москве, где новогодние каникулы шли своим чередом, веселые, яркие, вовсе не холодные.
– В Москву, в Москву, – бормотал Дорошин, внезапно вспомнивший Чехова. – Там теплее, там нет вроде бы простых, но уже запутанных отношений, там нет сердитых на тебя интеллектуалок. Там есть друг Эдик и интересная работа, которая обязательно принесет результат. А когда я найду оставшиеся пять картин и распутаю это дело, я больше никогда-никогда не зайду в областную картинную галерею и не увижу ни одну из работающих там дам, въевшихся мне в печенки.
За исключением Марии Викентьевны, естественно.
Прогрев машину, Дорошин запер ворота, отвез Габи Елене, которая даже не вышла их встречать, отправила открывать дверь деда, и, чертыхаясь про себя, поехал на выезд из города в сторону Москвы. Как он очутился в центре города перед галереей, он и сам не знал. Не собирался он сюда заезжать, но все-таки заехал.
Мария Викентьевна была на месте, и Елена Золотарева, оказывается, была на работе, и встречать его дома не вышла только потому, что ее там не было, и понимание этого факта отчего-то обрадовало Дорошина, которому не могло быть никакого дела до того, встречает его Елена Золотарева или нет.
"
"– Витенька, мальчик мой, здравствуйте, – обрадовалась ему Склонская, а мы вот по морозу такому на работу добрались, нужно вещи разложить, обжиться на новом месте, потом не до этого будет, первую выставку начнем готовить. А вам что дома не сидится?
– А я в Москву поехал, – мрачно сказал Дорошин, стараясь не смотреть на тоже старательно не замечающую его Елену.
– Забежал попрощаться. И еще с Калюжным хочу пообщаться. Он здесь?
– Да, у себя. Вас проводить? Леночка, проводи Виктора Сергеевича к Андрею, – засуетилась Склонская.
– Он и сам прекрасно дойдет, – насмешливо ответила Елена. – Виктор Сергеевич прекрасно находит то, что ему нужно, так что разберется. Отсюда по коридору вторая дверь налево.
