Виски для пиарщицы

Город производил яркое впечатление не только своей современной архитектурой, огромное удовольствие доставляло ощущение простора и бескрайних пространств. Здесь и близко не наблюдалось никакой скученности и тесноты, характерной для всех современных столиц. Небо в этот ясный октябрьский день было ярко-голубым, почти бирюзовым – под цвет национального флага.

В восемь вечера Болат вернул меня в гостиницу. Кругом зажглись огни, вечерняя Астана одевалась в сапфиры и бриллианты, как красавица, собирающаяся на королевский приём.

Андрей Борисович так и не появился. Наверное, трудился в поте лица сразу за двоих. Возможно, осматривал предприятия партнёров или провёл весь день, напряжённо обсуждая детали контракта. Я решила не переживать из-за своей невостребованности. Директор всегда может позвонить, если ему вдруг понадобится.

Командировка всё больше и больше мне нравилась. Она была совсем не такой, как я её себе представляла. Я словно держала в руках конверт и уныло думала, что там квитанция из налоговой, а потом вдруг обнаружила внутри подарочный сертификат от турфирмы.

Единственно, что не давало покоя, - мысль о нашем ночном (даже, скорее, утреннем) разговоре с Виктором. Мы почти поссорились, и теперь мой рыцарь хранил обиженное молчание. За весь день не прислал ни одного сообщения. Я тоже ничего не делала, хотя мне хотелось завалить любимого красивыми фотографиями изумрудно-голубой Астаны. Но это выглядело бы как издевательство…

А ещё я обманула Виктора - не призналась, что наша команда путешественников состоит всего из двух персон.

Теперь мне будет ещё труднее рассказать этому ревнивцу о красном «форде». Почему всё так сложно?

Прощаясь со мной в холле гостиницы, Болат сказал, что здесь отличный бассейн, и я могла бы поплавать.

Так как безумно напряжённый рабочий день закончился (спала до двух, ела бешбармак в ресторане, каталась по городу), я решила прислушаться к рекомендации Болата и достала из чемодана купальник.

Закутавшись в белоснежный махровый халат с эмблемой отеля, я спустилась на лифте в цоколь здания и очутилась в царстве мерцающей воды, голубой кафельной плитки и серебристых колонн, поддерживающих зеркально-чёрный потолок.