Виски для пиарщицы

Но если шерсть на холке вздыблена, а уши прижаты – понимаешь, прижаты! – значит, он только ранен. В общем, когда он упадёт, не надо сразу бежать к нему с радостными криками, типа, ура, мужики, победа, сейчас напьёмся. Нет! Ты знаешь, сколько неопытных охотников погибают от нападения подранков?! Ты даже не представляешь!

- Рита… Покажи ещё раз, какие должны быть ушки… О, боже, нет, я этого не вынесу... – застонал Виктор. - Ты невероятная! – и он снова принялся меня целовать.

Выше пояса на мне уже не осталось живого места.

Зато ниже пояса ещё можно было разгуляться, однако, условия не позволяли. Моего милого ждал гендиректор, кабан, осенний лес, охотничьи угодья.

Проклятье! Да пусть вся Курганская область провалится в тартарары!

- Рита, ты же уволишься? – вдруг вспомнил Виктор.

- А? Да, да! Уже даже написала заявление, – я втайне порадовалась своей предусмотрительности.

Как чувствовала! И заявление подала, и лифчик не надела!

- Вот умница. Вообще туда больше не ходи, хорошо? Я вернусь и сам съезжу за твоей трудовой книжкой.

Нечего тебе делать в этом борделе. А потом спокойно найдём тебе нормальную работу. Вон, в «Армаду» могла бы вернуться, сколько я уже прошу. Эта Лиза меня сегодня выбесила. Она реально тормозит. Дочка - тупица, папаша - козлище. А резину когда поменяешь? Как же ты до сих пор на летней ездишь, по утрам такой гололёд!

- Так у меня ещё нет…

- Точно, это же новая машина. Тогда прямо завтра купи зимнюю резину и переобуйся, договорились? Деньги у тебя есть, трать их, не жалей.

- Хорошо, я всё сделаю. А когда ты вернёшься?

- В понедельник?! Нет… Да что же это… Так нельзя!

- Ненавижу кабанов! Ненавижу охоту! Ненавижу Михаила Ивановича!

- Риточка, я должен идти. Постараюсь ещё раз позвонить, пока будет связь. Ничего, если совсем ночью?

- Витя, ты ещё спрашиваешь… Звони хоть в четыре утра. Нет, нет, не уходи от меня, пожалуйста! – у меня было такое чувство, словно я провожаю любимого на войну. - Да вы там друг друга перестреляете! Или кабан вас затопчет.

- Всё будет хорошо! Маргарита, ты запомнила? В «Бэст» не ходить, колёса поменять.

Как же ему хотелось командовать мной, распоряжаться, изображать начальника. Но я не против, пусть руководит! Милый.

Финальный поцелуй был бесконечным и самым нежным, пропитанным грустью неизбежного расставания. Мы не могли друг от друга оторваться. Так и выбрались на лестничную площадку – в обнимку.

- Как же мне не хочется от тебя уезжать.

- Витя! Нет… - захныкала я.