Виски для пиарщицы

А кто-то превращает мужчин в пылающие факелы.

- Ну почему ты такая упрямая, а? – возмутился Виктор.

- Упрямая? Минуточку! В твоём списке эпитетов этого слова не было! Сейчас процитирую тебе твоё вчерашнее послание! Марго, ты изумительная, необыкновенная, потрясающая, восхитительная. А ещё – страстная, порывистая и неутомимая.

- Просил же удалить!

- Я удалила, но сначала выучила наизусть. Использую при составлении следующего резюме. Укажу в качестве дополнительной характеристики.

- Вот почему другим достаются тихие и скромные девочки, а мне попалась такая вредная и своенравная девица?

- Наверное, тихие и скромные девочки не умеют делать то, что тебе так нравится! В смысле, генерировать идеи.

И снова хардкор. Я уже привыкла к этой музыке, она очень бодрящая. Ещё недавно бабуля отдавала предпочтение мелодичной итальянской эстраде, но теперь Соню потянуло на жёсткие ритмы. И хорошо, такая музыка настраивает на боевой лад. Мне это необходимо, потому что я твёрдо решила покончить с безработицей и устроиться на работу.

Но всё-таки надо убавить громкость, пока соседи не начали биться головой в дверь. Они это любят. Иногда, мне кажется, даже занимают очередь – кто первый с разбегу будет таранить нашу дверь с воплем: «Да сколько можно! Вызываем полицию!».

Бабуля делала три дела одновременно – завивала перед зеркалом кудряшки, накручивая их на плойку, читала книгу со смартфона и курила перламутровую сигаретку.

Я же просила не курить дома! Надо пожаловаться Вите. Он умеет руководить, его все слушаются, и весь отдел маркетинга дрожит от страха.

- Вернула деньги Михаилу Ивановичу, - сказала я и забрала у бабули сигарету.

Соня жалобно заморгала и потянулась за моей рукой перламутровыми губками. Но я была непреклонна.

Курить вредно! Хотя… Глядя на Соню, я давно разуверилась в этом медицинском лозунге. Подозреваю, единственное, что вредно для человеческого организма, – не радоваться жизни.

- Вернула? Вот и отлично! Как он отреагировал? Убить хотел?

- О, да! Уже копытами перебирал и злобно фыркал. Думала, кинется и растопчет. Я быстро смылась.

- Умница! Так с мужиками и надо. Пусть не расслабляются.

- Теперь опять с кредитом придётся мучиться, - не удержалась я от скорбного вздоха.

- Считай, что мы его просто переформатировали. Должны были платить ещё год по сорок тысяч в месяц, а теперь - полтора по тридцать.