Високосный убийца

Нина догадалась и застонала.

— Специального агента Нину Герреру?

Репортаж сменился прямой трансляцией.

— В разговоре с нами штаб ФБР в Финиксе подтвердил сотрудничество с местной полицией. Представители не стали комментировать, зачем команда профайлеров летела через всю страну лично рассмотреть данный случай.

Вот же ляпнул! Репортер казался смутно знакомым, и Нина мысленно отметила его имя, обозначенное внизу экрана: Джеймс Снид.

Он освещал первое дело! Правда, в то время он был почти на тридцать лет моложе и фунтов на пятнадцать стройнее.

Снид тогда брал интервью у соседей, и одна женщина упомянула легенду о Ла Йороне. Так у дела появилось жуткое название.

— Обычно профайлеров подключают к работе, если преступлений несколько, — комментировал Снид. — Возникает вопрос: Дойлы стали жертвой серийного убийцы?

Ругнувшись, Кент выключил телевизор.

— Во всех местных новостях только об этом, но Шестой канал успел первым.

— Вот тебе и «засекреченная информация», — пробормотала Нина. — Теперь подозреваемый знает, что мы на него охотимся.

— В новостях полиция Финикса назвала дело Дойлов тройным убийством еще до нашего приезда, — успокоил Уэйд. — Он наверняка понял: обхитрить следствие не удалось ни здесь, ни в Нью-Йорке. И все же он не знал, что мы связали этот случай с тем, первым… или остальными.

— Ну а теперь знает. — Кент швырнул пульт на ближайшую кровать. — Догадался, поди, что мы сложили два и два. Наверное, с ума сходит…

— Попросим полицию скрывать до последнего, — решил Уэйд. — Пока не закончим, никаких утечек.

В свое время дело Ла Йороны стало здесь сенсацией. Если связь между двумя происшествиями всплывет, проблем не избежать.

Нина не собиралась опять становиться героиней громкого заголовка.

— Когда раскроется правда об остальных случаях, огласка будет на всю страну, а то и на весь мир.

Несколько месяцев назад она столкнулась с другим серийным убийцей и стала печально знаменита как Воительница — так переводилась с испанского фамилия Геррера.

— Я не против, но хочу сам решить, когда это произойдет, — сообщил Уэйд.

 — В нужный момент огласка не повредит — можно оказать давление на подозреваемого.

— Еще четыре года впереди. — Брек пожала плечами.

Кент скрестил руки на груди.

— Необязательно. У преступника были строгие временные рамки, но все изменилось, и мы действуем в открытую. Он может приспособиться: напасть раньше, чтобы сбить нас со следа, или вернуть утраченный контроль. Сейчас он максимально непредсказуем… и наиболее опасен.