Витязь 2

А без них, устанешь выносить лохань с отходами жизнедеятельности, основную долю которых будет составлять банальная вода. У горшка объём и масса куда скромнее.

Но теперь есть и дом, и возможности. Да и канализация в наличии, потому как туалетные комнаты оборудованы душевой. Странно, а вот умывальника отчего-то нет. Ну хотя бы кран установленный в банальную бадью. Ничего подобного. Кувшин и таз для умывания. Но я предпочёл обойтись душем.

Когда ополоснулся, взбодрился «Восстановлением» и вышел в спальню, немудрёный завтрак был уже на столе.

Оделся, с помощью камердинера. Вообще-то и сам бы управился, но тот подхватил одежду, не вырывать же из рук.

— Ты вот что, Гаврила, на будущее, ограничься подготовкой одежды, одеться же я и сам сумею, не безрукий.

— Обеспечь быт, чтобы вода в душевой всегда была, греть не нужно, с этим я и сам управлюсь. И ещё. Надо бы лохань какую пристроить над тазом для умывания, да врезать в неё кран, хоть тот, что в бочку с пивом вставляют… Хотя не надо. Это я нарисую и сам с кузнецом поговорю.

Надеюсь он у нас не только лошадей подковывает, да плуги чинит?

— Кузнец у нас знатный. Но не тонких дел мастер. То тебе, барин, его самого пытать нужно.

— Хорошо. Поспрашиваю. — Опускаясь на стул согласился я.

— Барин, дозволь узнать, ты оружие и доспехи будешь в своей комнате хранить или в оружейной.

— С какой целью интересуешься?

— Хватит каждый раз извиняться. Толком говори. — Беря тост и намазывая на него масло, потребовал я.

— Так ведь уход за ним нужен. Вчера покатался с ним, а железо осталось не обихоженным.

Ерёма-то думал в оружейную снести, но ты его отправил спать. Так он извёлся как быть. К тебе в комнату проситься поостерёгся.

— И попросил тебя узнать?

— Так то и мне ведать надобно. Потому как если здесь, то нужно стойку пристроить, чтобы всё чин по чину.

Ага. Я-то привык к тому, что всё сам, да сам, а теперь у меня целый оруженосец, который может и обидеться, если у него начнут хлеб отнимать. Опять же, прислуга без работы всё равно, что и бездельничающий солдат, ходячее ЧП и когда оно рванёт, никто не знает.

— Не нужно стойку. Футляр, оставь в комнате, нечего ему в оружейной делать, и чистить ружья я сам стану. Ножи, так же при мне будут, — кивнул я на наручи, лежащие на письменном столе, — а доспехи и клинки снеси в оружейную. Хотя нет, нечего тебе этим заниматься. Ерёма после и снесёт.

— И вот что, давай-ка без барина. Непривычно оно мне как-то. Никита Григорьевич, так оно вернее будет.