Витязь 2

Закончив с этим открыл портал и переместился к давешнему камню. После чего бодрой рысью побежал на север. Отсюда застава не видна, так как находится за увалом возвышенности. И когда я отбежал на очередные несколько вёрст, так и не появилась в поле зрения. Здесь уже всё чаще встречались заросли кустарников и отдельно стоящие деревья. Вот одно из них, с достаточно мощным стволом я и приметил в качестве ориентира. Достал блокнот и быстренько сделал зарисовку.

Время позволяло, поэтому я быстренько сунул блокнот в подсумок на поясе, а не стал его отбрасывать в сторону.

Подцепил пальцами приклад штуцера и крутнув ружьё взял его на изготовку, сразу выводя на линию прицеливания. Восьми секунд отыгранных предвидением на все эти действия хватило с избытком.

Похоже птицеед понял, что я не собираюсь двигаться дальше по тропе ведущей на водопой к разливу то ли большого ручья, то ли небольшой речки. А я и не собирался. Закончив зарисовку намеревался открыть портал и вернуться к точке у камня, чтобы затем отдалиться на запад от заставы ещё на пяток вёрст и поискать очередную привязку.

Полумедведь, полусова покрытый перьями выскочил из кустов и рванул в мою сторону с завидной скоростью. Сдаётся мне, что на короткой дистанции от него и олень не уйдёт. Птицеед и сам по себе быстр, а тут он ещё и обратившимся оказался.

Дистанция и без того небольшая, да ещё и быстро сокращалась. На принятие взвешенного решения времени нет и я грохнул по очереди из двух стволов штуцера.

Обе «Булавы» вместе с пулями достигли цели, но пробить защиту не смоги. Первые вызвали рябь на «Панцире», вторые бессильно упали в траву.

Отбросив штуцер далеко в сторону, чтобы не повредить, я выбросил левую руку с которой сорвался росчерк «Ледяного копья». Будь на моём месте другой одарённый и вполне возможно, что он промахнулся бы, но благодаря предвидению, которое успел перевести в боевой двухсекундный режим, я уже не промахнулся из штуцера, и сейчас знал в какую сторону кинется птицеед.

Знать и попасть чётко по месту не совсем одно и то же. Предвидение, которое я на автомате кастовал безостановочно, говорило о том, что я не просто не промахнусь, но и вгоню руны точно в широкую грудь. Однако этот огромный подвижный комок перьев, под которыми угадывалось мощное и ловкое тело, умудрился всё же увернуться.

Льдисто-голубой росчерк проломившись сквозь защиту ударил птицееда в правую лапу. Не смертельно, но болезненно.