Витязь 2

Они были явно слабее, но всё в этом мире относительно. Если пуля с картой пятого ранга была вполне сопоставима со стрелой из моего арбалета и съедала единицу, то шестого в полтора раза перебивала стреломет и развеивала более четырёх единиц маны.

Пуля в четыре линии, несмотря на превосходство по массе, уступала в скорости и показывала результаты поскромнее. Так что, на какой именно калибр я сделаю ставку, даже не обсуждается.

После того как израсходовал все карты, пришла очередь испытать порох. Я прикупил немного у фейерверкеров и заказал несколько латунных гильз под соответствующий патронник.

Как предусмотрел и медную заглушку на казённую часть ствола, которую прижимал с помощью клина. Конструкция неказистая, но должна сработать.

Затвор с бойком, капсюль и иные изыски без надобности, ведь есть руны для воспламенения пороха. Вскинул приклад к плечу, через окошко в казённой части наложил на гильзу указательный палец, как на карту. Можно и без контакта, но тогда есть шанс подпалить все мои боеприпасы.

А потому, я лучше уж точечно отработаю с конкретным патроном.

Грохнул выстрел. В плечо толкнуло мягко, но довольно весомо. Где-то даже неожиданно. С картами я уж отвыкнуть успел от отдачи, а тут она очень даже присутствует. И нужно это учитывать.

На полтораста шагов кучность шарика в три линии оказалась в пределах круга в один фут. По мощности выстрел сопоставим со стрелой из моего арбалета, что уже вполне оправдывает мою легенду перед Ломовым. Коническая пуля и вовсе переплюнула эти показатели и по дальности и по точности.

Шарики калибра в четыре линии показали вполне приличную кучность и по мощности значительно превзошли трёхлинейные. Так что, оружейник должен будет заинтересоваться. И прежде чем отправляться к нему, нужно будет навестить стряпчего, чтобы он оформил привилегию на винтовки огненного боя с соответствующими боеприпасами. Глупо не использовать возможность предоставляемую будущим тестем.

Покончив с испытаниями, ну и израсходовав все заготовленные патроны, развеял «Сеть» удерживавшую лисицу.

Натерпевшаяся хитрюга сорвалась с места так, словно за ней сто чертей гнались. На что угодно готов спорить, что к людям она больше не приблизится, как бы любопытно ни было.

Собрав вещи открыл портал и сразу оказался на портальной площади Замоскворечья. Поймал на себе любопытствующие взгляды, и даже парочку осуждающих, пожал плечами и двинулся на выход. Стоило выйти за ворота и поднять руку, как тут же подъехал извозчик.