Онлайн-библиотека книг
Зарецкий же находится в оппозиции царю, а значит сторонники государя вполне могут надавить на полицию, чтобы поприжать меня, и а там и расстроить брак.
М-да. Что-тоя себя накручиваю. Но помощь Ермолова в любом случае не помешает. Перебрав колоду я выбрал ту, на которой был изображён благообразный мужчина средних лет. Вот так взглянешь и не поверишь, что за столь приятной наружностью скрывается жёсткий и весьма умелый витязь девятого ранга. Но главное даже не в его боевых качествах, а в светлой голове на плечах.
— Кто меня вызывает? — послышался вопрос в моей голове.
— Кирилл Аркадьевич, это Ртищев.
— Слушаю вас, Никита Григорьевич.
— Так уж вышло, что на меня опять напали.
— Где?
— Орёл, близ дома моей матушки. Получилось громко, и полагаю сюда вот-вот нагрянет полиция.
— Не позволяйте себя арестовать, но и не оказывайте сопротивление. Просто скажите, что не сдвинетесь с места, покуда не прибудет ваш поверенный.
— Хорошо. Жду.
— Никита, что значит опять? И как понимать твои слова относительно оборотной стороны? — дождавшись когда я закончу разговор, поинтересовалась матушка.
— Не уверен, что сейчас подходящее время, — видя, что из-за угла появился полицейский патруль, произнёс я.
Стражей закона было трое. Младший десятник и двое городовых. Мужики неслабые, на поясных ремнях подсумки, в которых склянки с усиливающими зельями, под мундирами наверняка амулеты.
— Старший патруля младший десятник Рябушкин, — кинув два пальца к опушке мурмолки, представился полицейский.
— Орловский дворянин Ртищев. Этот господин, — кивнул я на труп, — вместе со сбежавшим напали на меня. Один умер, второй сбежал. Вот собственно говоря и всё.
Вообще-то не совсем или совсем не всё. Потому что на перекрёстке в сотне шагов от нас начали раздаваться хлопки порталов из которых один за другим стали появляться облачённые в доспехи воины. Вот теперь всё всерьёз, прибыла кавалерия.
— Участковый пристав Бутусов, — представился один из воинов.
Владения-то вроде как князя Зарецкого, но с полвека назад полицейские функции в городах отошли царскому Полицейскому приказу.
