Да, необычная, конечно судьба, хотя, впрочем, с одной стороны и обычная.
Беспризорник. Сирота… плод любви проститутки и кого-то из клиентов. Не знавший толком, ни мать, ни отца. К тому времени, как стал соображать и начал разговаривать, увы, матери в живых уже не было. Низы общества. Там нравы простые и страшные, в общем, в каком-то ритуале магии крови его мать использовали, а вот мальца спасли.
Выжил, рос крепким, несмотря на скудное питание. Но как я понял, гены от отца ему перепали просто прекрасные. Не маг сам, но слабый одарённый.
Потоки видит, что очень ценится среди воров.
В общем, судьба его была предрешена. В пять лет, уже на паперти деньги для ватажников зарабатывал, изображая из себя калеку, хорошо хоть и, правда, его для пущего натурализма не покалечили, как часто бывало с другими старшими товарищами.
Но он был местный, и что важнее всего, в таком виде ему больше всех прохожие денюжек кидали, в качестве пожертвований.
Так и жил ещё год, а потом его ватажка пошла под нож.
Кому-то они перешли дорогу или, что вернее всего, тронули чей-то схрон.
И опять повезло пацанёнку…
— … я ведь ничего не понимал, у паперти моя смена закончилась, а за деньгами никто не приходит. Как я испугался. Ведь никого я толком то и не знал. Я деньги в охапку и тикать. Хоть я и мал, но понял, что что-то плохое с моими подельниками случилось.
Мы уже вторую пайку напитка пробуем. Отличный горячий напиток. И по шарам, так, слегка даёт и лёгкость во всём теле, но явно тут не наркотики виноваты, а вино, и в напитке оно ещё и горячее.
"
"— но ума мне тогда всё-таки не хватило, и я тогда решил, хоть краем глаза взглянуть на базу, где наша ватажка обитала. Вот на подступах к ней меня и прихватили. Старик какой-то, но от него смертью на лигу тянуло. Как я испугался, кто бы только знал, уже и нож у горла был, и я готовился к встрече с богами. Но повезло в очередной раз — хмыкает рассказчик — что-то он во мне рассмотрел. Наверное, эту особенность мою, видеть магические потоки, ну и я ведь брыкался, смерть спокойно встретить не хотел.
Отбивался, как мог. В общем, стукнули по голове чем-то тяжёленьким. Я и отключился. Очнулся уже в повозке какой-то. На руках и ногах путы. И рабский ошейник. Как я плакал тогда, кто бы только знал, как я не хотел быть рабом. Лучше бы уж убили.
Небольшая пауза в повествовании. Медленно потягиваем приятный напиток. Мясо закончилось быстро, как в прочем и сыр. Горстка вишни осталась и пару яблок.
