– Или у тебя есть другие соображения, как великого князя уберечь?! Выполняйте приказ!
– Есть выполнять приказ, – произнёс тот подавленно.
– А штуцерников своих передай Пяткину! Игнат Пахомович. – Он повернулся к командиру волонтёров. – Выставляй своих и всех тех, у кого винтовальные стволы вдоль протоки. Ваша задача – выбивать орудийную прислугу неприятеля. Пока пушки не выставили, пусть бьют пехоту, но как только появились – весь огонь по ним!
Вскоре показались те батальоны, которые повёл за собой генерал Милорадович.
Солдаты, подняв вверх ружья, переходили на остров по грудь в воде. Поддерживая с двух сторон, на берег острова два пехотинца вывели Илью.
– Ранен?! Куда?! – крикнул, бросившись к сыну, Алексей.
– Легко, ваше превосходительство, – зажимая рану на правой руке, сообщил тот. – Штыком чуток распороло. Мелочь.
– Ляксей Петрович, его бы к Онисиму, – посоветовал переминавшийся рядом с ноги на ногу Макарович. – Вот уж кто лекарь от Бога. Разрешите Ильюшу отвести?
– Отведи, Иван Макарович, будь добр.
Я в нашем Стринадко как во враче тоже уверен.
– Да у нас свой есть, ваше превосходительство, – сконфуженно произнёс придерживавший командира пехотинец с ефрейторскими галунами на мундире. – Ну чего же мы к вашему…
– Молчать! Генералу будешь перечить?! – рявкнул Дубков. – Знаем мы ваших лекарей, им лишь бы руку оттяпать, ежели рана грязная. А где ей чистой быть в таком вот бою у реки? Пошли, пошли. – И он потянул ефрейтора.
Чуть больше сотни шагов шириной правая протока.
Со своего берега русские хорошо слышали команды на чужом языке, долетавшие с противоположного. Французы, построившись в две колонны, попробовали было перейти на остров, но были встречены плотным ружейным огнём. Били картечью по протоке и две установленные пушки. Понеся потери, неприятель отступил.
– Тихо, видать, задумали чего-то, – поделился мыслями стоявший рядом Лужин. – Может, вплавь нам попробовать переправиться на свой берег? За тех же коней держась, как казаки.
– Мы-то с тобой переплывём, Федя, а как же раненые, а как те, кто вообще не умеет плавать? – тихо спросил Егоров.
– А таких ведь тут большинство. Оставим их?
– Ну нет, это не дело, – вздохнув, ответил тот. – Ладно, повоюем ещё. – И покрепче сжал ружьё.
– Бам! – ударила с правого берега пушка и с истошным воем полетела картечь.
– Бам! – громыхнула следом вторая, третья, за ними ещё одна и ещё.
– Мать честная, сколько же их! – воскликнул Лужин и поднял ружьё.
