Начиная от субординации и заканчивая скидками на услуги, которые, в моём конкретном случае, по мнению Астафьева, лишь обесценивают адский труд. Объяснять, что плотный график, забитый встречами, переговорами, консультациями, заполняет давнюю пустоту внутри – не хотелось. Изгаляться, пытаясь доказать свою правоту – тем более!
Досаду удалось заглушить парой глотков шампанского, на качестве которого организаторы решили не экономить. Я бегло осмотрела зал. Аукцион меня не интересовал совершенно. Всё это великолепие не шло ни в какое сравнение с шедеврами, к которым удалось прикоснуться несколько дней назад в музее.
Всё больше внимания уходило на наблюдение за официантами, на оценку вышколенной обслуги и на скорость решения внезапно возникших проблем."
"Почувствовать себя своей в этом, без сомнения, высшем обществе, даже с ладонью Астафьева на талии, не выходило. А самое замечательно, что быть среди них своей я и не хотела. Меня отталкивал присущий элите снобизм, высокомерие и вызывающее поведение отдельных личностей.
Ловить на себе чужие изучающие взгляды в конкретной ситуации было неловко, а неподдельный интерес в них – и вовсе дико! Я посмотрела на своего партнёра – всё же Астафьев умел интриговать…
Обидно, что мне он выделил незавидную роль молчаливого приложения к статусному мужчине. Павел как-то не вспомнил представить меня ни знакомым, ни компаньонам, что подходили для традиционного в таких случаях приветствия. Он с абсолютной непосредственностью пожимал им руки, а затем возвращал ладонь на мою талию.
Пожалуй, именно поэтому я очень скоро заскучала в его обществе.
– Чего мы ждём? – поинтересовалась я у Астафьева между важным кивком мужчине с усами и деликатной улыбкой даме почтенного возраста.
Он ответил не сразу, и я осторожно шагнула в сторону. Мужская ладонь без особых препятствий соскользнула с моего бока.
Павел удивлённо взглянул, но не успел возразить – очередной желающий поторопился со своим приветствием, плавно перетекающим в деловой разговор.
Я бессовестно воспользовалась случаем, чтобы, наконец, избавиться от навязанной опеки и всё же насладиться вечером со стороны, а не стоя в эпицентре событий.
Сменив бокал на новый, я расправила плечи и окинула присутствующих уже иным… более раскованным взглядом свободной женщины. Мне подмигнул парень, что до этого с безразличным видом отирался у старинной напольной вазы с гербарием.
