Вкус подчинения

Выплеснуть напряжение от подготовки к свадьбе, от желания, что распирало каждый раз, когда она ложилась попкой в кровати.

Ох, черт, как я мечтал снова оттрахать эту влажную, такую тесную дырку, свихнуться от приливной волны оргазма, выплеснуть сперму глубоко внутрь и смотреть потом, как она вытекает, попадая в щель.

Но я ждал. Я хотел, чтобы даже в вопросах ребенка, все было идеально. Правильно питался, пил витамины, чтобы зачать первенца ровно в брачную ночь.

И я это сделаю. Я заставлю Майю умолять о пощаде, а потом кричать от оргазма, когда буду спускать потоки густой ртути прямо в в матку, бить туда струей, чтобы точно один из головастиков принес яйцеклетке возможность оплодотвориться.

Было что-то дикое и прекрасное в совокуплении ради зачатия.

И я сделаю это, как только маленькая темноволосая ведьма наиграется, когда прекратит кричать от оргазма, источая сладостный сок из недр своего прекрасного тела.

Часть 4

Но я ошибся, думая, что просчитал сучку. Она выдохнула воздух, и я услышал звук молнии.

Майя подняла попку, и я с удовольствием заметил пробку с мерцающим бриллиантом, что я делал на заказ.

Супруга гибкой кошкой проползает по телу, пальчиками нащупывает пробку и медленно вытаскивает, поражая меня открывшейся, розовой красотой тесного отверстия. И вот тут я понял, что она задумала.

— Не смей Майя — потребовал я и задергал телом, но ей все было нипочем.

Она специально нарушала все наши правила, чтобы потом принять наказание.

И когда я хотел войти сегодня в ее влагалище, выбрала другой путь свести меня с ума.

Приставила член к попке, поелозила немного, терзая меня своим сумасбродством и пронзительно закричала, когда насадилась, глубоко. До невозможности узко.

Я выгибаюсь, чувствуя, как сердце от такого почти остановилось.

— Безумная! — рычу и тут же чувствую, как кончаю. Слишком сильным было напряжение. Желание. Жажда. Слишком долгой была прилюдия.

Шансов продержаться еще хотя бы миг, мне мой организм не дал.

Но если она думает, что после того, как я кончил, все завершилось, она ошибается.

И пока она терпит боль анального вторжения, я резким движением срываю, ломаю наручники. Дергаю за полотно волос.

Крик бьет по ушам, мозгам, но он лучшая музыка. Так же как и стон, что следует за моим движением глубоко внутри.

Потом еще один. Еще. Еще!

— Еще! — воет уже она, и я работаю бедрами как таран, желающий прорваться в самые недра.

И тело снова бьют импульсы.