Вкус подчинения

— Если ты в это веришь, то ты идиотка, — усмехается он и прикрывает глаза, я так и вожу по кромке шеи и начинаю легонько массировать плечи такого сложного, непонятного человека. — Когда я начинал, то шел по головам и мне было без разницы, кто и что при этом теряет. Я всегда думал в первую очередь о своих желаниях и конечно деньгах.

— Тщеславие не самый худший грех, на самом деле, тем более вы помогаете другим людям зарабатывать деньги, — продолжаю я массировать мощные плечи через белую рубашку с закатанными руками, из-под которых виднеются сильные увитые венами руки.

Руки, что могут, как возвысить, так и повергнуть в адское пекло.

— А какой худший? — открывает он на мгновение глаза и тянет ко мне руку, трогает губы, водит по ним пальцем, щекоча и лаская меня.

— Воровство, как мне кажется. Особенно если у человека крадут возможность сказать «нет» — тихо, но твердо говорю я, думая о том, как у меня эту возможность отбирают уже второй раз.

— Насилуют женщин только конченные уроды без грамма интеллекта.

Всегда ведь можно договориться, — скалит он зубы, надавливает на мою губы и протискивает туда палец, потом достает и увлажняет губы.

Точно. Все продается, все покупается. Так может говорить только настоящий делец.

— У всего есть цена? — хмыкаю я и руками тянусь к его груди и, опуская лицо ниже, почти касаясь его губ, тогда, как мои давно ласкают кончики его пальцев.

— У всех есть цена, — кивает он и снова прикрывает глаза, а потом на выдохе рычит сквозь зубы. — Знала бы ты как мне хочется тебя трахнуть.

Смести все со стола, нагнуть и вставить член в задницу, чтобы ты выгнулась и кричала.

Такая откровенность, с чего бы это? Устал?

— Но не можете? — шепчу, уже потекшая от высказанной им картины и выпускаю на волю одну из его пуговиц. Потом снимаю с петли другую.

— Опять эта ответственность. Совесть не позволяет, пока рядом Василиса.

Это вселило надежду, что я еще нему не надоела.

— Можно ведь что-нибудь придумать, — шепчу я ему на ухо, прикусываю губами мочку и чувствую, как напряглось его крупное тело, а под брюками ясно выделился член.

Член от воспоминаний, о котором рот постоянно заполняется слюной.

Он поднял вторую руки на мою шею, которую легонько, но уверенно сжал.

— Мне очень хочется, что-то придумать… — язык по подбородку и тут я хочу прикрыть глаза от удовольствия, но внезапно вижу, как мелькает на экране окошко электронной почты. Вроде бы ничего особенного, если бы не тема сообщения.

«Запрос: Майя Солодова.