Любовь не просят, не покупают и не навязывают — дарят от чистого сердца…
Кайсар, не веря собственным ушам, слушал Шанель, потом уточнил:
— Утопия! Хоть и красивая! Так почему обоих накажут? Ведь солжет лишь один?
— Потому что, если тебе солгали о любви, значит, ты вынудил. Возможно, заставил каким-либо образом. Или, например, недоработал, недолюбил, и тебя вынуждены жалеть. Ситуации разные бывают, но виноваты во лжи оба. Так наш бог считает.
— Ну, думаю, вне Шейта его власть не распространяется и…
— Ошибаешься! Шейтин везде, он сопровождает любое свое дитя, куда бы нас ни забросила жизнь.
Чему тоже есть доказательства. Ведь я не первая шейта, которая нашла хозяина вне своего мира. И уверена — не последняя, пусть такое и редкость у нас.
— Значит, ты и вправду любишь меня? — вновь хрипло спросил Кайсар. Он только сейчас поверил и осознал, что женщина призналась ему в любви.
Шанель опустила глаза, словно бы спрятавшись за ресницами. Кивнула, потом все же решилась взглянуть на хозяина и тихо шепнула:
— Да!
— Еще бы понять, за что? — хмыкнул эльзанец.
Минуту, наверное, они, смотрели друг другу в глаза: фиолетовый и серый взгляды словно сплавились и не в силах были разъединиться. Оба так и не поняли, кто из них первым потянулся за поцелуем — нежным, со вкусом слез, странно родным и необходимым, чтобы почувствовать себя не одиноким, любимым.
Кайсар, обхватив затылок Шанель ладонями, углубил поцелуй, ворвавшись языком к ней в рот и захватывая власть.
Она вцепилась в него, словно боялась исчезнуть, раствориться. Чуть уменьшив напор, Кай начал целовать нежнее, ласково прошелся по ее губам, скулам, глазам. А Шанель, будто цветок к живительным лучам, тянулась к нему, зажмурившись, и с радостью принимала все, что он ей давал сейчас. Свое тепло, силу и желание, которое разгоралось в них с каждой секундой все сильнее.
Шейта завозилась, пытаясь устроиться на нем верхом, ладони Кайсара, пробравшись под платье, оглаживали ее бедра, подбираясь к ягодицам и жаждущему наполнения лону.
— Эй вы, а я, между прочим, жду… — вырвал любовников из объятий страсти громкий крик Лоэла.
— Чтоб ему черная дыра в жены досталась! — прорычал с досадой Кайсар.
Он тяжело дышал, наклонившись и прижимаясь лбом к плечу Шанель, пытаясь успокоить расшалившиеся гормоны. А шейта застонала от разочарования, ее буквально раздирало от желания, и останавливаться на полпути она не хотела.
