Какое удовольствие прижиматься к его горячему телу — кожа к коже, слушать биение сердца, ощущая пока еще спящую силу! Нет, она никогда не сможет пресытиться им, потому что каждый день находит в нем все новые и новые достоинства.
— Уже проснулась? — хрипловато со сна ласково приветствовал Кайсар, теплой широкой ладонью поглаживая Шанель между лопаток. В который раз он подумал, что вот такая, только проснувшаяся, прелестно растрепанная жена нравится ему гораздо больше, чем леди, в которую она превращается за пределами каюты.
— Жаль тратить время рядом с тобой на сон… — томно вздохнув, призналась она.
Мужская ладонь по-хозяйски прошлась по обнаженным плечам, спине женщины и улеглась на упругие ягодицы.
— Моя маленькая ненасытная шейтинка… — довольно проурчал Кайсар.
— Мой любимый эльзанец…
Она приподнялась и, любуясь, посмотрела в серые глаза своего мужчины. Чуть помятый со сна, лохматый небритый муж напоминал отдыхающего хищника и неизменно вызывал у нее бурю положительных эмоций, радость принадлежать именно ему.
Печалило лишь молчание в ответ на ее признания в любви. Вот и сейчас он, как всегда, отмалчивался, соблазняя ее. Обхватив ладонями ее личико, приподнял голову с подушки и впился в губы поцелуем — жестким и собственническим. Но Шанель больше не пугалась. Со временем пришла твердая уверенность, что хозяин никогда и ни за что не сделает ей больно. Он всегда контролирует свою силу во время близости с ней."
"Оказавшись под ним и ощущая желанное сладостное вторжение, расслабилась и отдалась на волю чувств.
А в конце, взрываясь от наслаждения, опять не сдержавшись, хрипло прошептала о своей любви.
Немного позже, выйдя из санблока, Кайсар распорядился:
— Собирайся!
— Куда?
— Я дал тебе пару дней отдыха, а сейчас займусь твоим обучением, — пояснил он спокойно.
— Обучению чему? — удивилась и насторожилась Шанель.
— Тому, что знаю сам лично. Одевайся и приходи в рубку, мы с Лоэлом наглядно тебе все покажем. Незачем время терять, — ответил Кайсар и удалился из каюты.
Заинтригованная шейта быстро управилась с утренним туалетом, надела новый фиолетовый легкий свитерок и узкие черные брючки еще из старого ее гардероба, прихваченные Каем. Покрутилась перед зеркалом — одежда облегала ее изящное тело, подчеркивая стройность и женственность.
В рубке находились оба мужчины. Они стояли возле кресел и о чем-то тихо переговаривались. Поприветствовали ее и предложили присесть в кресло.
