Владычный полк

Против своих, против тех же новгородцев или москвичей воевать заставят, иначе зачем он там нужен, в чужой стране? Про Крым и Казань Андрей даже не помышлял. В Переяславль податься, начать все с нуля? В голове мелькнула Тверь. Был он там – в гостях у дяди Аглаи вместе с купчихой Авдотьей. Предлагал ему тогда купец у него служить, корабль дать, жалованье хорошее положить обещал. Дай бог памяти – как же его звали? Точно, Прохор Захарович! И монахи-попутчики советовали к Аглае присмотреться – боголепна, мол. Зря не послушал.

Хотя, как писал немецкий наемник Генрих Штаден, служивший в опричном войске: «…опричники обшарили всю страну… на что Великий князь не давал им своего согласия. Они сами себе давали наказы, будто бы Великий князь указал убить того или другого из знати, или купца, если они только думали, что у того есть деньги. Многие рыскали тайком по стране, убивали по большим дорогам всякого, кто попадался навстречу».

Выходило – и богатым быть опасно, но и обида на Новгород глодала. Андрей не ожидал такого исхода, почти бесславного.

Как он добирался до Твери – отдельная тема. Где на попутных санях, где пешком. А больше тревожило то, что днем санные пути под солнцем таяли, и снег превращался в кашу, застывая лишь ночью. Еще неделя – и дороги вовсе развезет. Лед на реках стал хрупким, временами звонко постреливал, и уже не всякие обозы рисковали спускаться на него.

Но Андрею повезло: он добрался до цели, усталый и грязный. Идти в таком виде к купцу – ни хозяина, ни себя не уважать. Поэтому он заказал на постоялом дворе баню, купил на торгу новое исподнее, рубаху и портянки, почистил тулуп и порты. В общем, привел себя в порядок, насколько это было возможно. Даже к цирюльнику сходил – постригся, бороду оправил. В зеркало на себя посмотрел – как будто годков пять сбросил.

Немного волнуясь, он подошел к дому купца. Зрительная память у Андрея была хорошей и не подвела.

Он постучал в калитку. На стук вышел слуга, узнал Андрея:

– А, герой! Чего же исчез, не попрощавшись? Хозяин сокрушался.

– Не пропал я, вот он, здесь. Прохор Захарович дома?

– Где же ему быть? Распутица. Сейчас узнаю, примет ли?

После того как он ушел не попрощавшись, идти в этот дом было не совсем удобно. Но Андрей решил попытать счастья.