Владычный полк

Купец обнял его:

– Я уж думал – не придешь!

– Сказано же было – в полдень.

Солнце стояло в зените, и фигура Андрея практически совсем не отбрасывала тени.

– Спасибо тебе от меня и моей семьи за старания твои. Держи! – с этими словами Ефрем Титович сунул Андрею в руку монету. Потом не спеша уселся на сиденье возка:

Кучер щелкнул кнутом, и возок, подпрыгивая на неровной земле, поехал к городу.

Андрей разжал пальцы: на ладони лежал алтын. Да, недорого труды Андрея и свою жизнь оценил купец. Такие деньги Андрей за два дня на ярмарке и торгу зарабатывал.

Не скупой – откровенно жадный на деньги оказался купец. Андрей в душе укорил себя, что ввязался в авантюру. Месяц ушел на спасательную экспедицию, за это время он бы не меньше рубля заработал – а то и поболе. Ну, купец, удивил!

Андрей направился в город. Сегодня он позволит себе отдых, заслужил. А завтра с утра – на ярмарку, надо на жизнь зарабатывать.

Он посидел в трапезной, попил пива с копченой белорыбицей, поел кулебяк с капустой с пылу с жару.

– О! Узнаю прежнего Андрея! – Хозяин заведения поставил перед ним кувшин пива за свой счет.

В этот вечер Андрей засиделся допоздна.

Утром он поднялся рано, как привык в свой обычный рабочий день, и отправился на ярмарку толмачить. Слух о возвращении Андрея уже разнесся по ярмарке, по торговым гостям, и конкуренты-толмачи, увидев его, сделали кислые физиономии, скривились. Но не каждый день корабль с купцом и частью команды из плена возвращается, и потому едва ли не каждый второй купец хлопал его по плечу и поздравлял с удачным возвращением.

– А чего же ты на ярмарку вернулся? Небось богатым стал, можно свое дело открыть, а то и судно купить!

Андрей вытащил из кармана руку, разжал кулак, и глазам изумленного купца предстал лежащий на ладони алтын.

– Чего ты мне алтыном перед носом вертишь? – все еще не понял его купец. – Я что, не видел его никогда?

– А это плата купца Скоробогатова за мой поход.

– Не может быть! – изумился купец. – Я за иные походы гребцам столько плачу. И заметь, безо всякого риска. Ой, что делается!

К полудню вся ярмарка стараниями купца уже знала, как «щедро» заплатил Ефрем Титович за свое спасение. Андрея подбадривали, но смотрели сочувствующе. Ему это быстро надоело, и он пошел в свою лавку, решив, что посидит там в одиночестве да послания людям попишет – без охов и ахов.