Владычный полк

– Местный священник распорядится, он человек разумный. Наверное, в бедные семьи отдаст.

Лошадь – даже не боевая, не скакун, а тягловая – стоила немалых денег. В крестьянском хозяйстве без нее никуда – ни землю вспахать, ни дров на зиму привезти.

Отец Гермоген несколько раз оборачивался. Андрей заметил, что он сидел, полуобернувшись на облучке.

– Погони опасаетесь?

– Ее. Думаю, не случайное нападение было. Кабы не братия из Владычного полка, я бы уже беседовал с Господом.

Про Владычный полк Андрей слышал в первый раз.

– Про какой полк ты говоришь, отец Гермоген?

– Не знаешь, что ли?

– Нет, – покачал головой Андрей.

– В Господине Великом Новгороде три рати. Две из них постоянные – дружина князя и Владычный полк, подчиненный архиепископу Пимену. А на случай войны есть еще ополчение – им тысяцкий ведает. И запасы – копья, луки, стрелы – все у него хранятся.

– Ей-богу, отец Гермоген! Про Владычный полк не слыхал ранее.

– Такой не только в Новгороде, но и в других епархиях есть – да в той же Москве окаянной, – вырвалось у монаха.

– Не любишь ты Москву, отец Гермоген.

– Не люблю. А за что ее любить? Как ирод этот сел на престол, так создал опричнину – порождение дьявола. Тьфу! – Гермоген перекрестился.

Ехали они почти дотемна, а когда на землю стали опускаться сумерки, остановились на постоялом дворе. Прислуга поставила лошадей в стойло, насыпала им овса, дала воды.

Гермоген снял комнату, но прежде прошел в трапезную.

– Ты что кушать будешь? – обратился он к Андрею.

– Я бы чего подешевле – щец с хлебом.

– Э, нам завтра силы нужны, а щи – еда несытная. Заказывай, что хочешь, я заплачу. Ты вроде как на службе у меня.

– Так ведь пост, отец Гермоген.

– Э, Андрей! Пост не соблюдают воины, болящие и странствующие. Не знал?

– Знал, Писание читал, но как-то вылетело из головы.

Гермоген сам сделал заказ: Андрею мясного – курицу, жаренную целиком, с гречневой кашей, пироги с капустой, сыто. Сам же поел жареной рыбы с хлебом и запил молоком.

– Вот теперь пойдем отдыхать.

Они зашли в комнату.

– Ты уж прости, тебе на лавке спать придется – кровать одна.

– И помни: что бы ни случилось, береги сундучок.

– Да помню я, отец Гермоген!

– Не серчай, дело важное.

– Да кому твои бумаги нужны? – подковырнул его Андрей.

– Откуда знаешь про бумаги? – глаза Гермогена остро блеснули.

– Догадался. Если бы в нем было золото, сундучок был бы неподъемным. За тряпье ты бы так не держался.