Она прижмется к нему своим выменем, похлопает глазками, ну а дальше ты и сама понимаешь, не дура… Боюсь, если такое дело случится, наш муженек может не устоять. Все они одинаковые, не тем местом думают.
— Да врут, — несмело сказала Мария, которая подобной прыти от деревенщины не ожидала. Растут люди! Просто на глазах растут.
— Богиней клянусь! — Людмила поцеловала оберег, висевший на шее. — У меня там ведунья надежная есть. Во лжи не замечена. Нашего мужа под венец, как зверя на копье охотника ведут. Я про его шалости в полюдье знаю, ему каждый староста норовит свою дочь под бок сунуть.
Но это для нас с тобой не опасно. Тех девок он единожды в жизни видит. Но еще одна жена… Нам что, четвертый этаж во дворце надстраивать? Мне, подруженька, и тебя за глаза.
— Только скажите, госпожа, — прогудела Улрике, не отрываясь от карт. — Утоплю сучку по-настоящему, и делу конец.
— Нельзя, — с сожалением в голосе ответила Мария, тщательно обдумав поступившее предложение. — Дочь боярская все-таки. Может весьма неловко получиться.
Давай-ка, мы ее замуж выдадим.
— За нее вено немалое попросят, — поморщилась Людмила. — Жирята считает, что у его девки это самое место из чистого золота сделано. Тут таких богатых женихов раз-два и обчелся."
"— Добавим, — бросила карту Мария. — Или, давай, чтобы золото не тратить, его самого через Приказы прижмем, чтобы небо с овчинку показалось. Любаве скажем, так она его жупанство своими ревизиями наизнанку вывернет. Замажем Жиряту так, что князь побрезгует его дочь за себя брать.
— Я ее за воина одного замуж выдам, — Людмила морщила лоб в раздумье. Карта не шла. — Хороший парень, верный. Годун его зовут.
— Чьих будет? — заинтересовалась Мария.
— Безродный, из хорутан.
Людмила положила карту на стол.
— Из сирот выслужился в полусотники гвардии. Ему такая жена за счастье великое. Я сама сватать поеду. Пусть попробует Жирята мне отказать. Я его в порошок сотру.
— Ишь ты! Толково удумала! — Мария посмотрела на соперницу с немалым уважением и опаской. И куда подевалась клуша деревенская? Вон уже клыки волчьи проглядывают сквозь ангельское обличие.
— С кем поведешься, — пожала плечами Людмила. — Что думаешь?
— Думаю, сгодится, — кивнула Мария. — Все лучше, чем в крови мараться или еще одну жену терпеть. Нам с тобой о своих детях позаботиться нужно.
— Это ты про городок Владимир сейчас говоришь? — с ядовитой усмешкой воткнула шпильку Людмила. — Зря ты, подружка, городок славный. Уже чуть ли не полсотни дворов в нем.
