Яркая кровь ударила фонтаном, облив его самого, и ярость слона сменилась жалобным стоном. Несчастное животное опустилось на колени. Оно больше не имело сил бороться. Оно умирало, истекая кровью.
— Ты всего лишь огромная корова! — презрительно сказал Надир, вгоняя в оставшийся целым глаз копье, поднятое с земли. — А я эмир мусульман!"
"Воины, стоявшие вокруг, заревели, приветствуя его, и сомкнули строй. Осталось совсем немного, надо лишь поднажать. Расстроенные ряды индусов опрокинули и погнали в сторону центра. Туда, где стоял царь.
Туда, куда побежали обезумевшие слоны, которые испугались факелов, сжегших их уши и морды. Слоны растоптали собственное войско, это была их главная слабость как боевой силы. Стоит лишь напугать их, и они бегут назад, не разбирая дороги. Воины Азиза ибн Райхана с ревом ворвались в лагерь, где закипела форменная резня. Впрочем, ждать осталось совсем немного, ведь прямо в этот момент в спину конницы Чача ударили отряды индийской знати, которую Надир засыпал серебром и золотом, взятым у казненного брахмана.
И это все решило.
Днем позже Надир стоял у ворот самого большого и богатого города в южном Синде и колотил по ним булавой.
— Эй! — орал он на ломаном языке синдхов. — Выходи на переговоры! Даю час подумать! Ваш царь разбит и бежал на север, поджав хвост. Я клянусь Аллахом, что возьму выкуп, и тогда тут не тронут ни один дом, и ни одну бабу. А вот если вы, помесь осла и обезьяны, решите сопротивляться, я возьму ваш город, и тогда живые будут завидовать мертвым!
Он развернулся и пошел назад, в лагерь, который его победоносное войско разбило прямо напротив городских ворот.
Шатер Чача, взятый в бою, мебель из шатра Чача и даже танцовщицы, ублажавшие царя Чача в этом злосчастном походе, принадлежали теперь ему. Как и музыканты царя Чача, которые трясущимися пальцами и губами терзали свои инструменты, радуя извлеченными из них звуками нового господина.
— Хочешь, я подарю их тебе, уважаемый тесть, — сказал Надир, показывая на музыкантов.
— Не откажусь, — довольно щурился Азиз, с вожделением поглядывая на полуголые тела девушек, извивающиеся в танце.
Он ткнул пальцем. — Подари мне этих! У тебя уже целое стадо танцовщиц!
— Забирай! — махнул рукой Надир. — Куда мне их столько! Их же всех кормить надо.
— Идут! — в шатер сунул голову воин, стоявший на страже. — Из города послы идут. Без оружия и с подарками.
— Это хорошо, — удовлетворенно кивнул Надир. — Я люблю подарки. Особенно когда они не входят в сумму выкупа.
