Владыка Нового Мира 2
0 прочтений
- Автор: Максим Злобин
- Жанр: Легкое чтение, Любовные романы, Попаданцы, Самиздат
– Я хотел прийти к тебе, чтобы попросить тебя о помощи, Харитон Харламов. Но теперь, когда ты первым попросил меня о помощи, я решил, что буду шантажировать тебя и не помогать тебе до тех пор, пока ты не поможешь мне…
– Только я могу помочь тебе, и тебе это очень надо, но мне тоже кое-что очень надо от тебя и ты мне можешь это дать, и потому шантаж отличный выход для меня, Харитон Харламов.
– Стоп-стоп-стоп. Если один друг помогает другому и просит помощи взамен – это не шантаж, Рой. Это и есть дружба.
– Это очень хорошо! К тому же, Харитон Харламов, наши просьбы друг к другу равноценны.
Рассказ был долог. Но если перевести его с жучиного на русский, то получится примерно следующее:
Оказывается, что Рой в этом мире не один.
Часть Роя, – та, что живёт в человеческих городах, – это одна личность. Добрая, хорошая, дружелюбная. Другая же часть Роя и другая его личность – это агрессивная и тупая раса инсектоидов, которые тусуются где-то далеко-далеко в пустыне и промышляют в основном тем, что плодятся на скорость и лепят куличики из говна.
Иногда у хорошего Роя получается отщипнуть кусочек популяции у плохого Роя, но в таком случае плохой Рой хорошего начинает незамедлительно мудохать. И бегут жуки по пустыне на север. И те, кто добегает, селятся в человеческих городах и становятся частью хорошего Роя. То есть не становятся, понятное дело, они уже и есть он…
О-о-ох уж это коллективное сознание.
– Последнее расщепление моей личности случилось вчера вечером и мне пришлось бежать сразу же, – сказал Рой.
– Солнце скроется, муравейник закроется?
– Откуда ты знаешь, Харитон Харламов?! – по идее, у жука и так были перманентно круглые и выпученные глаза, но каким-то непостижимым образом он всё-таки сумел удивиться мимически.
– Ты догадливый, Харитон Харламов. А теперь слушаю мою проблему. Прямо сейчас я бегу в Рубежный, но врата Рубежного почему-то закрыты и почему-то у меня не получается договориться с гусарами о том, чтобы они были открытыми и впустили меня.