Власть Варяга

Кстати, а вот эту девушку ты случайно не знаешь? — Чертанов вытащил снимок, который лежал в бумажнике убитого.

Наморщив лоб, Игорь долго и внимательно рассматривал фотографию.

— Хм… Она тоже проститутка?

— Вот это я бы и хотел у тебя узнать, — отвечал Чертанов.

— Знаешь, я немного считаю себе физиономистом. Интересуюсь этим вопросом, потом, почитываю кое-какую литературу. Опыт опять же кой-какой есть. Эту девушку мне встречать не приходилось, и на проститутку она не похожа. Знаешь, Миша, у каждой путаны есть все-таки в глазах какой-то чертенок.

Возможно, неискушенному человеку он незаметен, но я-то его вижу сразу. А у этой девушки ничего такого нет. А эта фотография что, лежала в этой же пачке? — живо поинтересовался Игорь.

Чертанов отрицательно покачал головой:

— То-то и оно, что нет. Мы нашли ее в бумажнике у Мугаметова и пока не знаем, кто она такая.

— Ах вот оно что… Может быть, его подруга? — предположил Строев. — А что ты думаешь? Сутенеры тоже способны влюбляться! Я бы мог тебе рассказать по этому поводу не одну занимательную историю.

— Мы рассматривали такую версию, но потом решили от нее отказаться. Вот скажи, тебе приходилось видеть сутенеров, у которых в одном кармане фотографии проституток, а в другом снимок любимой девушки? Что-то здесь не вяжется…

Подумав, Строев скупо улыбнулся:

— Честно говоря, не могу припомнить. В моей практике такого еще не было. Сутенеры, как правило, более циничные господа. Да, здесь действительно что-то другое.

— Ладно, разберемся.

 — Чертанов взял у Строева фотографию. — Спасибо.

— Рад был помочь, — поднялся Игорь, прощаясь. — Миш, ты вот что, зашел бы как-нибудь без дела, что ли. Мы бы с тобой пивка попили. А то пропал совсем, не появляешься.

— Хорошо, созвонимся, — пообещал Чертанов, крепко пожимая протянутую руку.

* * *В кабинете было прохладно — размеренно и гулко работал кондиционер. Весьма приятное дело в июльскую жару. Майор Чертанов, откинувшись на спинку стула, внимательно следил за реакцией Старостина, стараясь прочитать на его лице малейшее волнение.

Но лицо чиновника застыло. Не находилось музыканта, способного поиграть на его душевных струнах, а сам Чертанов для этой роли явно не подходил. Жаль.

Наконец Яков Леонидович вздохнул и вернул фотографию.

— А знаете, это она! — уверенно произнес он."

"— Вы в этом уверены? — стараясь сохранить спокойствие, спросил Чертанов.

— Абсолютно! Я вам уже говорил, что такую красивую женщину невозможно позабыть.