Властелин колец

– Взгляните! — обратился Гэндальф к спутникам.

Впереди, на горизонте вставали горы. Тёмные скалы тянулись к небу, заснеженные вершины искрились на солнце. Глубокие извилистые долины с нерастаявшей ночной мглой постепенно переходили в равнину, поросшую высокими травами. На вершине ближайшего горного кряжа, опоясанного серебристой лентой реки, глаз уже мог различить, золотые блики на крыше королевского замка.

Леголас разглядел защитный вал и ряды крыш внутри него, огромные, сияющие золотом палаты на зелёной вершине и стражников у ворот в ярких кольчугах.

– Это Эдорас, столица Рохана. — пояснил Гэндальф. — А золотые палаты Короля Теодена, сына Тенгеля, здесь называют Медусельд. Ещё до полудня мы будем там. Но должен предупредить: здесь война, а рохирримы и в мирное время не отличались добродушием. Не хватайтесь за оружие и придержите языки, по крайней мере пока мы не окажемся у трона Теодена.

Мелкий речной брод обернулся широкой наезженной дорогой, по обеим сторонам которой высились курганы. Арагорн насчитал семь с одной стороны и девять — с другой.

– Этот цветок называют Вечной Памятью, — объяснил Гэндальф. — Он цветет круглый год и растет лишь там, где покоится прах погибших.

– Немало правителей сменилось в Золотых Палатах с тех пор, как юный Йорл привел сюда с севера свой народ, — заметил Арагорн.

– С тех пор багряные листья у моего дома осыпались только пятьсот раз, — пожал плечами эльф.

– Но для людей это немало. Они забыли, откуда пришли сюда, да и о самом походе Йорла память осталась только в песнях. Подожди–ка, дай вспомнить… — И Арагорн тихонько запел:

– Много веков назад роханский поэт сложил эти строки, чтобы потомки помнили о Юном Йорле и о крылатом коне Феларофе. — Арагорн вздохнул. — И вот имя певца уже забылось, а песня жива.

Дорога миновала курганы, попетляла по зелёному склону и вывела их к городским воротам. Стражи в блестящих кольчугах на языке Рохана потребовали назвать себя.

– Я понимаю вашу речь, но почему вы не говорите на Всеобщем языке, если хотите получить ответ?

– По воле Теодена, нашего правителя, никто не должен входить в Эдорас, кроме друзей, знающих наш язык, — сказал один из стражей. — Но кто вы такие, что так беспечно мчитесьпо нашим лугам? Одежда у вас нездешняя, а кони похожи на наших. Мы ведь вас давно заметили.