Властелин колец

А раз Фредегар взялся держать оборону, мы хоть будем уверены, что Гэндальф узнает, куда и как мы пошли. Все. На рассвете уходим через Древлепущу.

– Не хотел бы я поменяться с Фэтти, — сказал Пиппин.

– Подожди говорить, пока в лес не войдешь, — посоветовал Фредегар. — Завтра об эту пору ты уже захочешь поменяться со мной, да только поздно будет.

– Хватит об этом, — вмешался Мерри. — Надо еще прибраться да спать идти. Завтра я ведь вас действительно «в глухую ночь» подниму.

Оказавшись в постели, Фродо долго не мог заснуть.

Болели ноги, и идея продолжить путешествие верхом казалась как нельзя кстати. Постепенно какой–то смутный сон одолел его. Фродо снилось сплошное море листвы под каким–то окном, далеко внизу. Там меж корней крались и принюхивались черные твари. И во сне он был уверен, что рано или поздно они его вынюхают. Издали накатывал монотонный шум; Фродо думал, что это ветер шумит в листве, но оказалось — это Море. Фродо никогда не слышал Моря наяву, но в сновидениях странный морской прибой часто тревожил его. Вдруг он обнаружил себя на открытом месте, совершенно безлесном, заросшем вереском, а в воздухе ощущался странный солоноватый привкус. Прямо перед ним на одиноком холме высилась стройная белая башня. Он тут же почувствовал желание взобраться наверх и посмотреть на Море. И уже начал подниматься, как вдруг небо осветилось молнией и загрохотал гром.

Фродо внезапно проснулся от стука. За окном было еще темно. В дверях стоял Мерри со свечой в руке.

– Привет! — сказал ему Фродо. — Ты чего шумишь?

– Как чего? — возмутился Мерри. — Вставать пора. Полпятого. На улице туман, как по заказу. Поднимайся. Сэм уже завтрак готовит. Пиппин и тот встал. Я пошел пони седлать. А ты разбуди Фэтти, должен же он нас хоть проводить.

Благодаря неуемной энергии Мерри в шесть собрались выходить. Фредегар зевал во все горло. Хоббиты даже с крыльца спускались, стараясь не шуметь. Впереди Мерри вел навьюченного пони. Тропинка, ныряя в заросли, огибала дом и задами выводила в поле.

Туман оседал на деревьях, с веток капало, листья блестели, а трава стала совсем седой от росы. В утренней тишине все звуки казались близкими: вот на соседнем хуторе хлопнула дверь, вот куры завозились на насесте и принялись негромко клохтать.

В стойле на краю огорода их ждали верховые пони: крепкие невысокие лошадки, неторопливые, но выносливые, как мулы. Теперь, уже верхом, они вступили в туман.