Другими словами, моему братцу очень повезло. Теперь он решил, что такая же дерзость завоюет ему место эрла, а это совсем другое дело. Знаешь, как это происходит? Любой фейн может бросить вызов танисту, но только танист может бросить вызов эрлу. Сеольмунд пользуется уважением, это умный и осторожный правитель. Боюсь, что Эйледа ждет очень неприятный и, возможно, фатальный сюрприз. — Губы его изогнулись в обычной усмешке."
"Любопытно! Ателинг Сюневульф наверняка считался главой семьи, пока его младший брат не добился повышения.
Теперь его обошли. Что это, простая зависть к успехам брата или он искренне беспокоится о неприятностях в случае, если удача отвернется от Эйледа?
— Молю вас, эальдор, просветите меня. Если муут фейнов поддержит вашего брата, эрл должен принять вызов и драться, да? Что случится, если фейны проголосуют по-другому?
Сюневульф презрительно рассмеялся.
— Тогда Сеольмунд остается эрлом и назначает чемпиона, то есть нанимает лучшего бойца фюрда для восстановления справедливости.
Эйлед хороший боец, но далеко не непобедимый. Даже если он каким-то чудом останется жив, то получит только кровную вражду, не добившись ничего. Шансы, разумеется, в пользу нынешнего обладателя трона.
— Разумеется. Правила вызова королю похожи?
— Более или менее. Только эрл может бросать вызов, а витенагемут решает, должен ли король биться лично.
— Витенагемут? Витаны — это выбранные королем советники?
Снова презрительная ухмылка.
— Да, но они только говорят. Голосуют только эрлы, правители двадцати одной провинции.
Примерно этого Джерард и ожидал.
— Не знаю, какой помощи ожидает от меня ваш брат, эальдор, но Каттеринги всегда давали Бельмарку самых сильных королей. Как верный подданный короля Тайссона, я ничего не могу поделать, чтобы восстановить подобное положение дел. Сохранение нынешнего правления в наибольшей степени служит интересам Шивиаля.
Принц смерил Джерарда еще одним долгим взглядом, потом сухо улыбнулся.
— Это заверение может купить билет домой, лэйт.
— Вы очень щедры, эальдор.
Если Сюневульф с такой готовностью предаст родного брата, любой предлагаемый им билет может быть в один конец — кормить омаров. Поставленный перед необходимостью выбирать из двух сыновей Фюрлафа, Джерард в любом случае выбрал бы рейдера.
Тут их обогнала цепочка детей и подростков. По меньшей мере четыре десятка их были скованы одной ржавой цепью, прикрепленной к металлическим ошейникам. Верховые конвоиры подгоняли их палками.
