— А если я не нарушал ее, пусть изменники пеняют на себя! Впрочем, я намерен стать королем и тогда сделаю Каттерстоу богатым и счастливым. Расскажи свой план.
Он перевел коня с рыси на шаг. Дорога миновала возделанные поля и начала полого подниматься вверх среди пастбищ. Квиснолль скрылся из виду, заслоненный лесами и предгорьями.
Джерард собрался с мыслями. Он давно уже репетировал эти слова.
— Вам нужно совершить что-то необычное, не простой фейринг — вы и так уже показали, что умеете делать это лучше других.
Не просто кровопролитие.
Эйлед нетерпеливо кивнул.
— Резню может устроить любой дурак. Насилие чаще всего приводит к неприятностям в будущем, поэтому я прибегаю к нему только в случае необходимости.
— Я запомню это, эальдор. Это не потребует насилия… или потребует, но немного. Той ночью я оказался в Эмблпорте потому, что возвращался в Грендон из Кэндльфрена. Это на реке Уортль, в одном дне езды на запад из столицы. — То, как рейдер пожал плечами, сказало ему, что тот никогда не слышал о таком месте.
— Существуют старые записи о том, как бельцы доходили по реке до самых Уорткастера и Тонуорта, но в правление Гойсберта Третьего вдоль моря проложили дорогу и построили мост через Уортль. Поэтому налетчики-бельцы больше не могли войти на своих кораблях в реку.
Эйлед скептически приподнял рыжие брови.
— Правда?
— Во всяком случае, не пытались. Замок Кэндльфрен превратился в груду развалин. Семья живет в Кэндльфрен-Парке, это в трех лигах выше по течению.
Очень красивое поместье, но перелезть через стену проще простого. Я уже говорил вам, что работаю… работал… в Коллегии Геральдики. Я выполняю всякие странные поручения знати. Лорд Кэндльфрен выдает свою дочь за герцога Драгпоста, которому принадлежит половина Уэстерта. Имеет быть грандиозное празднество. Меня прислали из Грендона, чтобы я давал им советы: кого необходимо пригласить, кого и кому представлять, кому и где сидеть, кто имеет право захватить с собой дружину. Сколько слуг.
Все в этом роде.
Он мог справиться с этим за три дня. Ему стоило заниматься этим неделю. Он растянул это на две.
— С гостей можно много собрать? — без особого энтузиазма поинтересовался Эйлед.
— Много? Я полагаю, жемчуга на жирных леди будет не меньше их собственного веса. Герцог Драгпост — свинья. Я называл его за глаза Дрянь-Пастью до тех пор, пока не испугался, что обзову его так в лицо — его дыхание убьет коня на расстоянии в пятьдесят шагов.
