Да и хочется увидеть хоть одного человечка, который мне искренно рад и по-настоящему улыбается.
— Могу отвезти тебя прямо сейчас.
— Рано ещё. Там, наверняка, ваша мама только в самом разгаре воспитательного процесса.
— Тогда хватит слёз, Май, — улыбнулся мне мужчина глазами и, подняв руку, внезапно прихватил пальцами мой нос. — Фу, сопли! — отер он нарочито пальцы о брюки.
— Эй! — вскрикнула я возмущенно и прикрыла нос ладонью, хотя хотелось рассмеяться от этой внезапной демонической игривости.
— Это я тебе ещё Демоню не припомнил, — сузил он угрожающе глаза, но вспышки искр в пасмурной серости говорили о том, что игривость его никуда не делась.
— Странно, что вы до сих пор об этом помните.
— Отчего же странно?
— В вашем возрасте память разве уже не начала подводить? — хитро улыбнулась я.
— Уральцева! — рыкнул мужчина уже моей забегающей в кафе спине.
Глава 34
— Кто мой самый сладкий, самый сдобный, самый вкусный пирожочек? — тискала я Тимку, лёжа с ним на полу на его мягком коврике для игр. Малыш бормотал что-то на своём, но мне было достаточно уже одной только его улыбки, чтобы понимать, что ему нравится всё, что я говорю и делаю.
— Правильно, Тима, выдёргивай Майке волосы. Волосы — не зубы, вырастут новые, да?
— Па-па-па, — напевал малыш себе под нос, то и дело норовя запихать мои волосы себе в ротик."
"— Папа уже совсем скоро приедет. Немного осталось. А я вот прямо сейчас кое-кого защекочу-щекочу-щекочу! — кончиками своих волос пощекотала Тимку по шее и подхватила маленький звенящий колокольчик на руки.
— Ух! Так бы и съела всего целиком! Ам-ам-ам! Ммм, вкусняшка! — уткнулась носом в мягкий животик, чем лишь сильнее насмешила ребенка и почувствовала, как мне от души наслюнявили лоб. Опять эти ваши сногсшибательные поцелуи, молодой человек! Балуете вы меня, балуете! Вот заберу тебя к себе домой, чтобы не расставаться, да? Будешь со мной жить, мороженое и пирожное трескать. Я — мороженое, а ты — пирожное.
— Можешь остаться с ночевкой, — раздался сверху голос, из-за чего я едва не выронила Тимку из рук.
— Мирон Александрович! — выдохнула я, чувствуя, как в груди барабанило напуганное сердечко. — Вы постоянно нас так пугаете!
— Я не виноват в том, что ты так увлекаешься, играя с моим сыном, — повел широкой бровью мужчина и расстегнул верхние пуговицы рубашки. — Кстати, насчет ночевки у меня я не врал. Можешь остаться. Завтра всё равно с утра на дачу ехать.
— И почему вы не сказали, что я вам ненастоящая невеста? — вздохнула я устало.
