Я знаю, что мама с ней общается и рано или поздно проболтается. Скорее всего, то обстоятельство, что мы с тобой начали проводить вместе еще и семейные праздники, для мамы стало последней каплей, после которой она и позвонила Алине. Как последняя попытка спасти несостоявшуюся семью. Теперь мне осталось дождаться, когда Алина начнёт совершать ошибки.
— Мама у вас, конечно… — качнула я головой.
— Не думая, что она со зла. Хотя, всякие мысли порой посещают, — усмехнулся он невесело. — Мама с самого моего детства мечтала быть с матерью Алины не только подружками, но еще и родственницами.
Саныч для этой роли не подошёл, так как уже был староват по меркам Алининой мамы, Матвей был маловат, а я вот в самый раз. Но мы расстались с Алиной, когда Тимке не было и двух месяцев. Алина просто уехала, бросила его. Я свалил всё это на послеродовую депрессию, постарался понять, поехал за ней, предлагал помощь психологов, разговоры, иные способы решения её внутренних проблем, но ничего не вышло. Она отказывалась даже просто смотреть на сына и на меня, как виновника того, что у нее есть сын и теперь нет фигуры и карьеры.
Я стерпел. Я ждал, когда этот бзик у нее пройдёт. Месяц ждал, два, три. Потом предупредил её, что подаю на развод. Надеялся на быстрое и полюбовное решение этого вопроса, но Алина сказала, что при разводе отберет у меня сына. Суды почти всегда в этом вопросе на стороне женщин. А так как Тимка ей не нужен, то забрать она его хочет из принципа, после чего, скорее всего, увезет заграницу наёмным нянькам.
А я не могу лишиться сына. Бизнес, кафе, гостиницу — отдам не глядя, но не Тимку. Все эти месяцы я собираю доказательства того, что Тимка должен остаться именно со мной. Алина далеко непроста, у неё так же есть связи и деньги. Так что для того, чтобы подать на развод, я должен быть во всеоружии, потому что в этом случае я пойду ва-банк. На кону Тимка. Действовать нужно осторожно.
Масштаб того, что происходит за суровой холодной стеной по имени Мирон, вогнал меня в ступор.
Я и представить себе не могла, что где-то там вне поля моего зрения, зреет самая настоящая бойня за малыша."
"— И да, Майя, — взгляд серых глаз значительно смягчился, голос стал казаться нежнее. — Я виноват, что не рассказал тебе о том, что до сих пор, по документам, женат. Но я и не думал, что в моей жизни появишься ты. По крайней мере, не так скоро. Не думал, что всё зайдёт настолько далеко. Не поцелуй в ту ночь меня первой ты, уверен, это сделал бы я сам.
