— Привет, сладкий! — чмокнула я его в макушку и поспешила в ванную комнату, чтобы помыть руки и снова вернуться к малышу, который уже полз за мной. Подхватила его на руки крепко прижала к себе, полной грудью втянув его аромат. — Всего день тебя не видела, а соскучилась, будто месяц. Пойдём проводим папу.
В прихожей демоническая мама что-то негромко начитывала Мирону Александровичу, который, судя по выражению лицу, погруженному в свои мысли, её не слушал. Лишь иногда кивал или «угукал» в ответ на ее вопросительные интонации.
— …Кстати, на вокзал меня можешь не везти. Я такси возьму. Подвези меня пока к салону, у меня запись на семь.
— К какому салону, мам? У тебя техосмотр? Объясняй яснее, у меня нет желания додумывать.
— В салон красоты, — вздох, в котором явно читалось закатывание глаз. — Ты меня в него уже возил.
— Ясно.
Мирон Александрович устало оперся затылком о стену, молча дожидаясь, когда его мама, наконец, втиснется в пальто. Я и Тимка чувствовали себя сиротками и совершенно лишними элементами рядом с этими холодными хмурыми людьми.
— Всё. Я готова ехать, — резюмировала маман и в сотый раз за десять секунд оправила челку.
Мирон Александрович оттолкнулся от стены и открыл дверь, пропуская вперед родственницу.
— Любимый… — вырвалось из меня робкое, но тут же было заглушено, когда он замер и посмотрел на меня. Наверное, сегодня можно было бы обойтись без этого дурацкого показательного для маман ритуала, но привычка, выработанная за месяц, взяла своё. — Ты ничего не забыл?
Неуверенно улыбнулась и сложила бровки домиком, с облегчением заметив на губах мужчины первую за сегодняшний день улыбку.
С Тимкой на руках я пошла к нему навстречу, привычно подставив щеку, но оказалась вместе с малышом в кольце крепкий объятий.
Горячее дыхание Мирона затерялось в моих волосах. Он словно заполнял широкую грудь моим запахом на весь оставшийся день.
— Постараюсь сегодня вернуться пораньше, — проговорил он хрипло и чмокнул меня в висок.
— Я буду ждать… Мы, мы будем ждать, — уточнила я.
— Спасибо, — легкая улыбка, подаренная мне на прощание, согрела моё сердце.
Демоническая маман задумчиво посмотрела на нас с Мироном и тут же напустила на лицо свойственную ей надменность и отстраненность.
— До свидания, — всё же сказала я ей, но в ответ получила лишь холодный кивок.
В квартире мы с Тимкой остались одни. Активные игры ему пришлись не по вкусу. Сегодня он, вообще, отличался особо любовью к обнимашкам и неохотно сходил с моих рук.
