— Горячо! — завопил он и запрыгал на месте. — Психичка чертова! Ты издеваешься, твою мать?!
— Простите, — пискнула я и, выронив стаканчик, побежала в том же направлении, что минуту назад убежала Настя.
Глава 2. Мирон
Чёртова фурия с каштановыми волосами и зелеными глазами, стреляющими молниями и бьющими градом, исчезла так же быстро, как и появилась."
"Побитый ее коленкой и облитый своим же кофе, остался в позе «каком кверху», совершенно не понимая, за что это все досталось именно мне.
— Какого… сейчас было? — спросил я у племянника, который рядом мял то, что мне безжалостно «разбили» острой коленкой.
— Какая разница? — огрызнулся малой и только это заставило меня поднять взгляд и посмотреть на него сквозь красную пелену боли.
— Большая, твою мать! Большая разница, Егор! — процедил я сквозь стиснутые зубы и посмотрел на племянника так, чтобы он понял, что в этот раз дядя шутить не в настроении. — Кто из них от тебя залетела?
— Никто, — бросил он и нервно пнул камень под ногами.
— Егор! — рыкнул я, чтобы этот идиот понял, что от его ответа зависит сейчас многое.
— Та, которая блондинка. Но она точно не от меня залетела. Не могла она от меня залететь, — тяжело дышал он и буквально рвал на своей бестолковой башке волосы.
— Тогда какого лешего мне прилетело от той второй? Почему не тебе, а мне отдавили яйца и налили за шиворот кофе?
— Не знаю, — буркнул пацан. — Из-за машины, наверное, тебя приняли за меня.
Боль, которая от паха дошла до самых ребер, наконец, начала отступать.
Я смог выпрямиться и посмотреть на малого сверху вниз:
— Больше ты мою машину не берешь. Ясно?
— Ясно, — отмахнулся он и крылья его ноздрей заходили ходуном. Ни то заплачет сейчас, ни то злится.
Развернулся и мелкими шажками подошёл к задней дверце своей машины, открыл ее и достал с заднего сиденья спортивную сумку с вещами, которые беру с собой в зал. Стянул с себя через голову белую футболку, на спине которой растеклось коричневое пятно.
— Выбрось, — швырнул я футболку в малого и надел чистую из сумки, которую убрал обратно в салон.
Хлопнув дверью машины, вновь подошел к племяннику и прихватил с крыши единственный уцелевший стаканчик с кофе. — А теперь рассказывай, кто это такие и почему залетевшая залетела не от тебя?
— Не знаю. Ту вторую я вообще первый раз вижу, — теребил он в руках мою грязную футболку, а вместе с ней и мои нервы.
— Какую вторую?
— Брюнетку.
— Она шатенка.
— Какая разница? — психовал Егор.
