Влюбись в меня

 – Он снова коротко усмехнулся. – Ты проклинала меня за то, что я, по-твоему, с сожалением подумал о сексе, которого не было?

На мгновение я зажмурилась.

– Я расстроилась, решив, что ты жалеешь, что переспал со мной.

– Но мы не переспали.

– Ты издеваешься, мать твою?

Я всегда подозревала, что Рис не обрадуется, узнав правду, но все равно удивилась.

Он поднялся и отошел от стола. Я не знала, куда он направляется, но посреди кухни он остановился и повернулся ко мне. Повисла долгая, тяжелая пауза.

У меня перехватило дыхание.

– Я сбился со счета, сколько раз пытался вспомнить наш первый раз. Одному богу известно, как ужасно я чувствовал себя из-за этого. Черт, да я же думал, что сделал тебе больно, – сказал Рис, потирая грудь прямо над сердцем. – И все это время ты, мать твою, знала, что между нами ничего не было? Ты издеваешься, да?

– Нет, – прошептала я, с трудом сдерживая слезы. – Я должна была тебе сказать…

– Да, черт возьми, ты должна была мне сказать. Рокси, у тебя на это было одиннадцать месяцев.

– Рис… – начала я, поднимаясь на ноги.

Я обошла кухонный стол.

– Прости меня. Понимаю, это ничего не меняет, но мне правда очень жаль. Просто сначала ты со мной не разговаривал, а потом прошло столько времени, и…

– И ты не знала, как подступиться к этой лжи? Черт, как мне это знакомо, – бросил Рис. Я сразу поняла, что он имеет в виду своего отца. – Вот честно, Рокси, я и не думал…

Он не закончил фразу, но в этом и не было необходимости. Он не думал, что я могу так нагло его обмануть, но я превзошла все его ожидания.

Рис открыл рот, но его прервал приглушенный звонок телефона. Развернувшись на пятках, он подошел к своей сумке, лежавшей там, где он оставил ее накануне, наклонился и достал телефон из бокового кармана.

Взглянув на меня, он ответил на звонок.

Звонил его брат, и я не знала, личный это звонок или рабочий.

– Черт.

Я понятия не имела, что происходит, поэтому развернулась, взяла его пустую тарелку со стола и открыла посудомойку. Тарелка чуть не выпала у меня из рук.

В квадратном отделении для мелкой посуды лежали мои трусики. Когда я взглянула на них, у меня задрожали руки. Это были… боже, это были те самые черные кружевные стринги, которые мне хотелось надеть прошлой ночью.