Влюбись в меня

Кто-то проникал в мою квартиру, когда я была дома, удалял сообщения, пока я принимала душ, фотографировал меня во сне. Это было самое жуткое. Хуже был разве что тот факт, что я понятия не имела, что именно происходило. Я даже представить себе не могла, кто это мог быть.

Дин был настойчив, но на психопата не тянул. Оставалось лишь предположить, что меня преследовал незнакомец – человек, ответственный за произошедшее с другими девушками, – а это было еще страшнее. Он ведь мог хоть каждый вечер приходить к нам в бар! Я могла болтать с ним, улыбаться ему, как другим клиентам.

О боже, меня пугала сама мысль об этом. Мне не хотелось больше выходить из дома – вот только дома я теперь тоже не была в безопасности. Господи. Я зажмурилась. Что мне делать? Мне претила идея менять свою жизнь из-за какого-то психа, который был для меня бестелесным призраком.

Впрочем, призрак прошлого уже изменил мою жизнь. Я всегда жила с оглядкой на то, что случилось с Чарли. Это осознание пугало меня, тем более что я даже не успела до конца проснуться, чтобы его осмыслить.

Тут мне в голову пришла ужасная мысль. Что если я знала своего сталкера? Может, это был не Дин, парень, с которым я сходила на пару свиданий. Вдруг это был человек, который недавно вернулся в мою жизнь, хотя я вовсе этого не хотела?

Вдруг это был Генри Уильямс?

Это казалось невероятным, но в школе он всегда казался мне странноватым. Красивым, но странноватым. Может, ему было мало сломать жизнь Чарли? Может, он хотел и меня свести с ума? Звучало чудовищно – столь же чудовищно, как и мысль о том, что кто-то проник ко мне в квартиру и сфотографировал меня во сне.

Я открыла глаза и увидела коричневого кролика, который проскакал по лужайке к деревьям. Точнее, я решила, что это был кролик, ведь мне он показался просто коричневым пятном. Если уж на то пошло, это мог быть и опоссум.

Честно говоря, я поверить не могла, что сижу у Риса дома. Я просто не могла себе позволить об этом задумываться. Откинув волосы с лица, я устало вздохнула.

Я даже думать об этом не могла.

Да, он был мне небезразличен – и очень давно, – но любовь меня пугала. Я обожглась на Чарли. Я любила этого парня больше всего на свете. Когда мне было шестнадцать, часть меня погибла, как только с ним случилась беда.