Влюбись в меня

Наклонив голову набок, Рис спросил:

– Помнишь, что я тебе сказал?

– Ты много болтаешь – мне что, всегда слушать? – поддела его я.

– В такой ситуации нормально переживать.

– А ты, я смотрю, мозгоправ. Уверен, что правильно выбрал профессию?

– Не огрызайся, а то отшлепаю, – сказал Рис, и его глаза стали темно-синими. – Кстати, офигенная идея.

С этим было не поспорить. Я вспомнила, как он приказал мне не шевелиться в процессе. От этого меня бросило в жар.

Застонав, Рис сделал шаг вперед и прикоснулся к моей щеке.

– Твое лицо для меня – открытая книга, – сказал он низким, хрипловатым голосом. – Тебе бы это понравилось.

Я закрыла глаза, наслаждаясь глубиной его голоса.

– Никаких «может быть». Понравилось бы, как понравилось на кухне.

– Который час? – спросила я. – По-моему, у нас еще есть время проверить эту гипотезу, прежде чем ехать к родителям.

Рис рассмеялся, запрокинув голову.

– Малышка, у нас все вечно происходит чересчур быстро. В следующий раз я собираюсь раздеть тебя и насладиться по полной.

Этого обещания было достаточно, чтобы я вся затрепетала.

Он наклонился, быстро поцеловал меня и поднял чемодан. Вздохнув, я вышла из комнаты и взяла из гостиной ноутбук. Не позволяя себе оглянуться, я покинула квартиру.

– Ты не знаешь, Колтон уже связался с тем парнем, который может установить систему безопасности? – спросила я, закрывая дверь.

– Что? Тебе уже надоело со мной жить?

– Ага, – широко улыбнувшись, ответила я.

– Ты разбила мне сердце, – сказал Рис. Дождавшись, пока я спущусь с крыльца, он пошел к своему пикапу.

Рис открыл для меня дверцу пикапа и аккуратно поставил все сумки за сиденья. Выпрямившись, он поправил мои очки и поцеловал в щеку. Мне ужасно захотелось хихикнуть, как маленькой девочке, ведь в поцелуях в щеку было что-то невозможно милое, но я сдержалась.

Заглянув в салон, я не поверила своим глазам и так и застыла в удивлении. За сиденьями были аккуратно сложены мольберт, чистые холсты и краски.

Он упаковал мои краски!

Рис тем временем уселся за руль. Он странно смотрел на меня, а я понятия не имела, что сейчас написано у меня на лице, но догадывалась, что выгляжу как чокнутая.

– Что? – наконец спросил он.

– Ты даже о красках подумал, – прошептала я.

Он взглянул на мольберт, а затем снова на меня.

– Ну да.