Влюбись в меня

– Ага, конечно, – усмехнулся он, отчего волоски у меня на шее встали дыбом. – Давно проснулась?

Я накрыла его руку своей. Его ладонь была гораздо больше.

– Поговори со мной, малышка, – наконец сказал он.

Последние четыре дня Рис был просто незаменим. Он вместе со мной поехал в больницу, поговорил с моими родителями и братьями, когда они приехали по звонку, выслушал меня, когда в ночь после нападения я наконец слетела с катушек и впала в истерику. Он отвлекал меня, когда я закрывала глаза и представляла фотографии, на которых мы были вместе, ведь эти снимки были жуткими и вовсе не походили на портреты, которые писала я.

Перевернувшись на спину, я встретилась с ним взглядом.

– Со мной все в порядке. Честно. Я просто задумалась, – сказала я и свободной рукой погладила его по щеке. – А ты как?

– Я только проснулся.

Я бы закатила глаза, но мой левый по-прежнему плохо видел.

– Я не об этом спрашиваю.

С секунду Рис смотрел на меня, а затем закрыл глаза. Я почувствовала, как он стиснул зубы у меня под ладонью. Мне стало не по себе. Последние четыре дня он почти не говорил о себе. В этом доме круглосуточно вещал канал Рокси.

Я уже хотела было повторить свой вопрос, чтобы он наконец заговорил, но тут он сам решил ответить.

– Вчера я видел этого мерзавца.

Мне не пришлось гадать, о ком он говорит.

– Ты ездил в тюрьму? – У Риса не осталось отгулов, ведь он израсходовал все, когда умер Чарли.

– Я отвозил кое-кого, а он сидит в общей камере, – сказал он и открыл глаза, в которых виднелось раздражение. – Мне хотелось войти в эту камеру и поколотить его. Черт возьми, я еле сдержался. Он сидел у решетки, глазея на меня, и я уже пошел к нему, намереваясь схватить его за грудки и хорошенько ему врезать, но тут один из дежурных увидел и вмешался.

– Должна сказать, я рада это слышать.

– Да, проблем тогда возникло бы немало, но, малышка, на мгновение я почувствовал, что любые последствия того стоят, – признался он, изучая взглядом мое лицо. – Потому что я смотрю на тебя сейчас и вспоминаю, что этот гад с тобой сделал и что хотел сделать.

У меня перехватило дыхание.

Я заглянула ему в глаза, боясь увидеть в них чувство вины.

– Ты ведь знаешь, что ничего не мог сделать. Никто его не подозревал.