Влюбись в меня

– Ладно, так уж и быть, – рассмеялась я и искоса взглянула на него, садясь в машину. – Негодяй.

В ответ он усмехнулся, и мои губы растянулись в улыбке. Впрочем, всю дорогу домой я жалела, что не могу побиться головой о руль. Что я творила? Почему мне было так легко и радостно? Раз он хотел начать все сначала, это вовсе не значило, что он предлагал хоть что-то кроме дружбы. Но я нисколько не возражала, а еще считала, что вправе радоваться этому и забыть о гневе и смятении прошлой ночи. Я готова была снова оказаться в его френд-зоне.

Правда, для этого ему стоило перестать улыбаться мне столь обольстительной улыбкой и касаться моей кожи. Френд-зона не предполагала возможности прикосновений.

Когда я припарковалась у обочины, Рис остановился сзади. Я ничуть не удивилась, что он вышел из машины даже раньше меня.

– Проводишь меня до двери? – спросила я, надевая сумку на плечо.

– Конечно, – ответил он и захлопнул за меня дверцу машины. – Я ведь обязан защищать и служить.

В воздухе пахло поздними розами, которые выращивала миссис Сильвер.

У Сильверов и у Джеймса с Мириам свет не горел, но окна квартиры прямо над моей тускло светились. Мне нужно было познакомиться с соседом. Я добавила этот пункт в свой изменчивый список приоритетов.

Остановившись у двери, я выудила ключи, отчаянно желая не замечать, что рука Риса по-прежнему покоилась у меня на талии, а мы стояли так близко, что его правое бедро почти касалось моего бока.

Взглянув на Риса, я глубоко вздохнула. В голове крутилось множество мыслей, но я не могла сформулировать ни единой фразы.

– Вот видишь, ты добралась без происшествий, – весело заметил Рис.

– Хоть в чем-то я хорош.

– Ты во многом хорош.

Почему-то, когда эти слова сорвались с моих губ, они прозвучали более двусмысленно, чем я надеялась.

В темноте я не видела выражения его лица, но он повернулся, чтобы мы оказались лицом к лицу.

– Ах, Рокси, хотелось бы мне сказать, что уж ты-то знаешь, в чем именно я хорош, но я не могу этого сделать.

Черт! Похоже, мои слова и правда прозвучали двусмысленно, ведь он теперь говорил о той ночи, которую мы как раз собирались забыть. Она снова и снова о себе напоминала. Тут мой язык совершенно вышел из-под контроля.