Влюбись в меня

Он взглянул на сестру Вентер. К счастью, больше никого поблизости не было, но я понимала, что это ненадолго.

– Я знаю, – ответил он, – и не собираюсь устраивать сцен…

– Тебя вообще не должны были выпускать из тюрьмы. Сколько ты отсидел? Пять лет от силы. И теперь уже гуляешь на свободе и наслаждаешься жизнью. А Чарли все потерял! – Тяжело дыша, я покачала головой. Как же это было несправедливо! – Ты его не увидишь.

– Рокси, – тихо сказала сестра Вентер, – ты ведь понимаешь, что ты…

Я повернулась к ней.

– Так вы не возражаете? Вы на его стороне?

Мне стало горько от ее предательства. Я понимала, что веду себя глупо. Она просто делала свою работу, но отчаяние и беспомощность теперь жили собственной жизнью внутри меня. Мне было плевать на все. Я думала лишь о том, как это несправедливо по отношению к Чарли.

Медсестра сочувственно посмотрела на меня.

– Дело не в том, кто на чьей стороне, – сказала она. – Родители Чарли – его опекуны – дали разрешение на свидание. Если только Чарли не скажет, что не хочет его видеть.

– Чарли уже шесть лет больше одной фразы не говорит! Как ему выразить свое несогласие? – Я повернулась лицом к Генри. – Ты знал об этом? Знал, что Чарли много лет не говорит?

Он отвернулся, стиснув зубы.

Я сделала шаг вперед.

– Что, не хочешь этого слышать? Потому что это ты во всем виноват?

– Роксана, – сказала сестра Вентер и поймала мою руку своими прохладными пальцами. – Пожалуй, тебе лучше уйти.

Вырвав руку, я чуть не разразилась потоком мерзких оскорблений и ругательств, но тут встретилась с ней глазами. Она не просто смотрела на меня, а молила смириться и выйти из медицинского центра, потому что была не в силах ничего изменить.

Сделав несколько глубоких вдохов, я не почувствовала облегчения. Сдержанно кивнув сестре, я подняла свою сумку и пошла к двери. Казалось, я ступаю по зыбучим пескам. Все мое тело требовало, чтобы я не выходила из здания, но я все же покинула его.

У меня округлились глаза. Черт возьми, только не это. Пораженная, я оглянулась.

Генри шел прямо за мной.

– Я понимаю, ты расстроена.

– Да ты, блин, гений дедукции!

Он пропустил мою остроту мимо ушей.

– И ты вправе расстраиваться.

Глядя на него, я понимала, что сотворю какую-нибудь глупость, если не сумею как можно быстрее убраться отсюда.