Влюбись в меня под музыку

То же желание читается и во взгляде Николь.

Будь эти двое героями книги, то они однозначно закончили бы свою ненависть горячим сексом, а потом и вовсе хэппи эндом, свадьбой, несколькими детишками и любовью до гроба. И я знаю, о чём говорю. Я перечитала кучу романов с тэгом «от ненависти до любви». И все они заканчивались одинаково.

Ловлю себя на мысли, что представляю Ники с Марком вместе, когда подруга обнимает меня на прощание. И зачем я об этом думаю? И почему сегодня выдала Николине нелепую глупость о том, что она может быть неравнодушна к Марку? Ерунда какая-то.

– Эй! Полегче! Куда ты так рванул? – испуганно охаю, когда Марк срывается с места и быстро набирает недопустимую скорость.

– Подальше от твоей придурковатой подружки, – цедит он, до побелевших костяшек сжимая руль.

– Она не придурковатая. Не смей её так называть.

– С чего вдруг? Уверен, обо мне она выражается куда грубее.

– Не имеет значения, как она выражается о тебе.

– Ага, значит, я всё-таки прав, – недовольно прищуривается.

– В том, что Никс опять очерняла меня в твоих глазах.

– Я же сказала, что это не имеет значения, – твёрже повторяю я и вскрикиваю при очередном слишком резвом манёвре Марка. – Куда важнее твоё скверное настроение в данный момент.

– Оно у меня всегда такое после общения с Никс.

– Ваше общение было бы нормальным, если бы ты не провоцировал её специально и не отвечал на её колкость колкостью.

– Ещё чего? – он бросает на меня снисходительный взгляд. – Ни за что не откажусь от возможности лишний раз побесить эту дикарку.

– И зачем это надо? Почему нельзя жить дружно?

– Ты, бля*ь, Кот Леопольд, что ли?

– Я не собираюсь жить с ней дружно, Мили. И хватит об этом! Мне достаточно того, что я с тобой уже которую неделю стараюсь быть, мать его, белым и пушистым. О большем не проси.

– А это ещё как понимать? – с изумлением уставляюсь на профиль Марка. Брови нахмурены, челюсть сжата, на точёных скулах поигрывают желваки.

– Что непонятного я сказал?

– То есть ты всё это время просто старался быть со мной, как ты выразился, белым и пушистым, а не был собой и не делал то, чего по-настоящему хотел?

Марк молчит. Обгоняет две машины и минует светофор, когда тот практически загорается красным. Но я даже страха не ощущаю. Горькая обида затопляет все реакции, глаза начинает щипать. Затянувшееся молчание Марка красноречивее любых слов.