Влюбленным вход воспрещен!

 – И свечку поставлю за упокой твоей души! И комнату святой водой окроплю! А хочешь – панихиду закажу… только ты сгинь, а? Вот честно тебе говорю – не выношу покойников! Сгинь! – и Валентина мелко закрестилась.

Наконец до меня дошла причина странного поведения соседей.

– Валь, да живая я! – заверила я соседку, приближаясь к ней. – Хочешь, потрогай!

Я протянула к ней руку, но Валентина отскочила в сторону с резвостью горной козочки.

– Нет!! – вскрикнула она жалобно. – Не подходи! Не прикасайся! Не вынесу я покойников в квартире!

– Да говорю же – живая я! – повторила я со вздохом.

 – А вы мне лучше скажите, ребята, что вы в моей комнате делаете?

– Слышь, Валя, – проговорил раздумчивым голосом Гоша, который до этого момента прятался за широкой спиной Валентины. – Слышь, а она, наверное, и правда живая. Покойники, они насчет жилплощади не интересуются. Им этого не надо, у них на кладбище места вполне достаточно.

– Точно… – Валентина подозрительно уставилась на меня.

 – Так что ж ты сразу не сказала, что живая?

– Как не сказала? Я тебе только это и говорила, а разве ты меня слушаешь?

Я отодвинула ее в сторону и заглянула в свою комнату.

Это была не моя комната.

На месте моего узенького девичьего диванчика стояла огромная двуспальная кровать, покрытая шелковым покрывалом в райских птицах. Рядом с кроватью красовался платяной шкаф в резных розочках, на противоположной стене – огромное зеркало.

– Ну, ты понимаешь… – заюлила Валентина.

 – Нам же сказали, что ты… того… померла, вот мы и решили маленько расшириться… теперь тут у нас типа спальня…

Тут на меня неожиданно накатила волна возмущения.

Я чудом избежала смерти, а эти… эти новобрачные любовное гнездышко себе тут устроили!

Особенно меня возмутило расписное покрывало.

– Типа спальня?! – заорала я. – Какого черта?! Двух дней не прошло, как я… как меня… как вам сказали, что я померла, а вы здесь уже спальню устроили?! А подождать, хотя бы ради приличия – это вам слабо? Я вам, голубки, устрою сейчас типа поминки!

– Ждать? – удивленно переспросила Валентина.

 – Чего ждать-то? Жизнь проходит, а мы с Гошенькой в одной комнате ютимся!

– Да даже по закону полгода ждать полагается!

– По закону? – глазки Валентины забегали. – По какому такому закону? Это на тот случай, если родственники обнаружатся, а у тебя никаких родственников нету!

– Ошибаетесь! – проговорила я, вспомнив своих сестер, таких разных.