– Это тот самый дядечка, – шепотом начал я, – с большими усами…
– Я бы этому дядечке с большими ушами… – сердито зашипела в ответ Грохольская, – уши бы…
– Эдуард! Она такая огромная! – раздался женский голос, и тут же рядом с плетеными сандалиями оказалась пара женских туфелек. – И мягкая… а нам нужен твердый ортопедический матрас! У тебя остеохондроз!
Тут Эдуард решил протестировать кровать.
– Матрас поменять можно, – пропыхтел он, сбрасывая туфли. Оставшись в одних красно-белых полосатых носках, мужчина задвинул ногой свои сандалии под кровать.
Алене пришлось подвинуться.
– О господи… – пропыхтела она, прижимаясь ко мне. – Такое бывает только со мной!"
"– Чш-ш-ш! – зашипел я, сдержать смех становилось все труднее.
– Кровать просто супер! – доложил усатый Эдуард. – Мягонькая, просторная! Лизавета, ложись тоже!
– Да как-то неудобно, Эдь…
Появилась третья пара ног. На сей раз администратор магазина.
– Вас заинтересовала эта кровать? – спросил он.
– Присматриваемся! – лениво отозвался усач.
– Хотел предупредить, что мы закрываемся, но если вы решите ее брать, то, конечно, оформим…
– Мы еще подумаем! – сказала женщина.
– Приходите завтра с утра? – предложил администратор.
– А скидку сделаете? – спросил усатый.
– Я ща чихну! – взмолилась Алена. Ее лицо было совсем близко. – Убрал бы он отсюда скорее свои запашистые калоши!
Будто услышав ее, администратор пообещал усатому и его жене большую скидку. Мужчина все той же полосатой ногой нащупал башмаки и выгреб из-под кровати.
Когда потенциальные покупатели и сотрудник магазина ушли, Грохольская с облегчением выдохнула и отодвинулась.
Признаться, я испытал разочарование. Было приятно и волнующе ощущать Аленину близость.
Вскоре голоса стали затихать. Во всех залах потушили основной свет. Под нашей кроватью было совсем темно.
– Все ушли? – оживилась Алена. – Спина затекла…
– Тс-с. – Я прислушался. – Судя по всему, да. Погоди! Проверю!
Просторный зал был пуст. Многочисленные диваны, кровати и кресла отбрасывали длинные черные тени.
Я выполз наружу и протянул руку Алене.
– Вылезай! Тут никого!
Грохольская выбралась из-под кровати, поднялась на ноги и одернула платье.
– Ох, все-таки не мое! – вздохнула она. – А, жаль… такое красивое!
– Ты о чем? – спросил я.
Алена сердито посмотрела на меня и молча прыгнула на кровать, под которой мы прятались. Затем достала телефон и начала быстро писать кому-то сообщение.
– Маме? – кивнул я на смартфон.
– Ага, пишу ей: «Суши сухари!» – буркнула Алена.
