Влюбиться на максимум (СИ)

Калинина я застукала у себя дома, сидящим за столом, распивающим чай с тортиком в компании матери и рассматривающим альбом с моими детскими фотографиями.

— Вот и Сима со школы вернулась, — растянулась улыбкой мама. — Будешь с нами чай? Гордей пришёл навестить Валентину Игнатьевну, она приболела, а я пригласила его к нам в гости.

Бросила уничтожающий взгляд на Калинина.

Что улыбаешься как дурик? Смешно тебе? Не пустили в окно, значит, пойдём напролом через дверь?!

Мать по тебе прётся. Не как от мужика, а как от варианта спихнуть дочь.

Ну, мне так кажется… От такого зятя она бы точно не отказалась.

Выкусите! Ничего у вас не выйдет.

— Меня Макс зовут, — огрызнулась, выдергивая из его рук альбом. — У меня тренировка через полчаса, так что обойдусь без растижопы.

— Максим! — строгий окрик матери в спину. — Извините, — повернулась к Гордею.

Нашла перед кем извиняться. Знала бы ты, какие слова он мне говорил и где трогал, мам, гнала бы его сраным веником отсюда.

Хлопнула дверью своей комнаты, сделала пару глубоких вдохов и достала из шкафа рубашку и джинсы, переодеться на треню, не в форме же идти.

Успела надеть штаны и накинула рубашку, когда в дверь постучали."

"— Не-ль-зя, — проговорила сдавленно, увидев, что в комнату уже вошёл Гордей. Повернулась к нему спиной и трясущимися руками начала застёгивать пуговицы. — Тебя учили вваливаться без приглашения?

— Твоя мама сказала, что нужно постучать, про нельзя входить ничего не было.

— Значит, она упустила самоё важное…

Чёртовы пуговицы! Почему вы не застигаетесь?

— Я разговаривал с Верой Юрьевной по поводу твоего внеклассного обучения, она считает это хорошей идеей, — его голос прозвучал ближе.

Он ко мне подкрадывается?

— Я уже сказала, ходить я на них не буду, — с трудом застегнула пару пуговиц на груди.

Да и хрен с ними! Пусть так будет — решительный поворот лицом к Калинину.

— Я тебя всё равно уломаю, — нагло улыбается.

Звучит двусмысленно.

— Прикольная у тебя комната. С одной стороны стена почёта, — показывает на дипломы, кубки и медали.

 — С другой — стена Ануки. Полное отрицание того, что сила есть — ума не надо, — подходит к шкафам с книгами, которыми забита вся стена и берёт несколько по очереди. — А судя по тому, что ты не спрашиваешь значение этого выражения, то знаешь о чём я.

— В курсе… Видела её.

— История, психология, классика. Где романы о любви? — снова улыбается, поворачиваясь ко мне.

— Война и мир, Евгений Онегин, Дубровский. Чем вам не угодили? В них есть про любовь.