И прежде чем она успела опомниться, крепко поцеловал ее. Она не знала, сколько продолжался поцелуй. Все мысли выветрились из ее головы — как всегда, когда Джереми прикасался к ней.
Она обвила обеими руками его шею и ответила на поцелуй. Потом он отстранился, и она поняла, что он рассержен.
Это недовольство отчетливо слышалось в его голосе, когда он предостерег:
— Так будет каждый раз, когда ты попытаешься притвориться равнодушной. Больше так не делай. Мне это не по душе.
Дэнни пыталась притвориться равнодушной только затем, чтобы не выдать волнения.
Но оказалось, что все ее старания напрасны. Давно надо было понять это.
Досадуя и на себя, и на Джереми, она ткнула пальцем ему в грудь.
— Я и не думала притворяться. Просто сдерживалась, чтобы не наброситься на тебя и не утащить в спальню. Надо же тебе сначала поужинать.
Он заморгал, а потом расхохотался:
— Господи! Дорогая, можешь набрасываться на меня каждый раз, как только пожелаешь!
Она фыркнула:
— Сядь, приятель. Все уже прошло. А теперь рассказывай, зачем ты едешь туда, где наверняка будет лорд Хеддингс?
Джереми обиженно нахмурился, но все-таки сел.
— Затем, что надеюсь застать его там.
— Хочешь поймать его с поличным?
— Само собой. Он обокрал не только Перси, но и моих родных. Если я не вмешаюсь, мой отец убьет его. Думаю, Хеддингс предпочтет иметь дело со мной.
Дэнни страдальчески вздохнула, надеясь, что насчет отца Джереми не преувеличивает.
— А тебе не приходило в голову, что он орудует не один? Может, на него работает целая армия карманников?
— Ты рассуждаешь, как воровка, дорогая.
Посуди сама, станет ли лорд…"
"— Вот именно. Думаешь, лорд станет рисковать и браться за грязную работу, когда может поручить се другим? Ты помнишь, что его дом по ночам охраняет вооруженный слуга? Это многое объясняет.
— И вправду странно…
— Ничего странного, просто этот дворецкий привык, что в доме бывают преступники всех мастей, в том числе и мы, — сухо закончила она.
— Очень может быть. Но лучше бы ты ошиблась.
Я предпочел бы поймать его за руку. И насладиться триумфом.
Она вздохнула:
— Ты будешь осторожен?
— Ага! — воскликнул он. — Наконец-то ты призналась, что я тебе небезразличен!
— А вот и нет, — проворчала она. — Не ты, а мое жалованье. — И она пошутила: — Заплати-ка мне вперед, до отъезда на эту свою вечеринку.
— За это ты сейчас поплатишься! — пообещал он. И нашел самый приятный способ исполнить угрозу.
Глава 43
В этот вечер Дэнни не стала тушить лампу.
